— Или потому, что Рихт Паршеррд нажаловался, что его не пустили?
А… Ы…
Когда?!
Первый членораздельный вопрос затесался в мои мысли в ту минуту, когда мы подошли к флайсу. Вот откуда, спрашивается… точнее, откуда — понятно. Как они успели? Когда я в ванной обреталась, что ли?! Или когда я их за дверь выставила?!
Та-ак…
— На секундочку, — сказала я, выдернув локоть из цепких драконопальцев. — Они что, тебе все докладывают?!
— Не все, а только то, что считают важным.
— Важным? — поинтересовалась я.
— Ага.
Сигнализация пискнула, как придушенный виар, и дверца иссиня-черного, как чешуя фервернского подводного дракона, флайса пошла наверх.
Нет, это вообще нормально?!
— Ты не имеешь права лезть в мою частную жизнь!
— В личную, — поправил Гроу, указывая ключами на сиденье. — Имею, потому что: А — у нас с тобой контракт, Танни Ладэ, и Б — ты моя девчонка. Еще вопросы?
Да. Только один.
— Чего?!
— Садиться будешь, девочка-очешуенчик?
Жаль, у меня в сумке не осталось планшета (его так и не вернули пока), я бы треснула Гроу. Да так, чтобы мозги на место встали.
— Это тебе кто сказал?
— Ты.
— Серь…
Договорить мне не позволили, подтолкнув к флайсу и зажимая между ним и собой. Тот зазор в пару миллиметров, который между нами остался, — не считается. Ситуация точь-в-точь, как вчера перед сви… перед прогулкой в бургерную, правда, сейчас меня не спешили целовать. Просто смотрели в глаза, и от этого взгляда кожа покрывалась пупырышками, а внутри просыпался мини-вулканчик. Я прям чувствовала, как от него постукивает в черепушке: «Выпусти меня отсюда, Танни Ладэ, я здесь лишний. Подпись: Твой мозг».
— Ты, — произнес Гроу, по-прежнему ко мне не прикасаясь, но так, что все волоски на коже выстроились а-ля вальцгарды. — Твое тело. Твои взгляды. Каждый твой жест, Зажигалка.
Мужчин с такими голосами надо обходить стороной. Или использовать противоядие в виде искажающих волн, превращающих бьющий под дых тембр в гнусавый фальцет. От его «Зажигалка» у меня и так срывало крышу, сейчас же над головой фитилек взвился.
— Может, уже поедем? — поинтересовалась я, стараясь вытолкнуть из своего голоса предательскую хрипотцу.
— С удовольствием. Я же тебе говорил, садись.
Сесть-то я села, особенно когда этот драконосамец легко оттолкнулся от флайса, напоследок скользнув по мне фирменным взглядом «одежда офф». И почему я сейчас чувствую себя самкой оцехарры?
— Хорошо хоть не самцом, — хмыкнул он.
Обошел флайс и опустился на соседнее сиденье. Мы стартанули раньше, чем я успела сказать «ик» и пристегнуться.
То, что про самку оцехарры я спросила вслух, до меня дошло спустя полминуты, когда воздушный рукав уже выпустил нас на верхнюю аэромагистраль без очереди.
— Куда мы сейчас? — поинтересовалась, потому что решила взять тайм-аут перед тем, как популярно объяснить местру Гранхарсену, что стать чьей-то девчонкой без собственного на то согласия нельзя.
— В «Аква Фриз».
— В экстремальный аквапарк?!
— Ты знаешь другой «Аква Фриз» в Зингсприде? — На меня бросили быстрый взгляд. — Сегодня поработаем над твоим страхом высоты и заодно научимся плавать.
— Хорошенький способ от меня избавиться, — сообщила я. — Если я не сдохну от разрыва сердца, меня можно будет утопить. Только учти, что там будет полный аквапарк свидетелей…
— Не будет, — невозмутимо отозвался «я тебе режиссер».
— То есть как?
— Ты думаешь, что я стал бы выставлять твой страх на потеху тысяч аронгарцев и гостей города? Этот аквапарк только наш с тобой, Зажигалка. Пока нам не надоест.
Че?!
К счастью, этот выразительный вопрос в стиле мимо проходящего обитателя района, в котором я выросла, остался во мне. Я побоялась, что поперхнусь, поэтому пару секунд не дышала точно, а потом переспросила:
— Ты что, выкупил аквапарк?
— Сдался он мне, — хмыкнул Гроу. — Нет, я выкупил всего один день в аквапарке.
Сдается мне, было не сильно дешевле.
Собственно, «Аква Фриз» — это один сплошной экстремальный аттракцион. Детей туда не пускают в принципе, там есть насыпь для серфа, где может прилететь доской по голове, совершенно безумные аттракционы погружения (по желанию в открытых или закрытых капсулах), бассейны с волнами размером в три этажа, вышки и много чего еще интересного. Литтоновой ягодкой на пироженке, правда, является горка высотой сто пятьдесят четыре метра. Которые ты летишь вниз по узкому желобу с одной мыслью: «Почему я не составил завещание?!»