— Не думаю. На работе меня хвалят как хорошего аналитика с неплохим даром предвидения. Разве я не могу это использовать и в личной жизни? — сказал Тим.
— Конечно, можешь, дорогой. И сколько же детей ты намерен завести, если это не секрет? — полюбопытствовала Диана и добавила: — Только не пугай меня, пожалуйста, чрезмерными фантазиями.
— Четверо малышей, надеюсь, не будут для тебя слишком обременительным или фантастичным? Поровну, два мальчика и две девочки. Или ты хотела бы больше?
— Сложный вопрос… — задумчиво протянула молодая женщина. — В принципе я за детей, но вот насчет количества следует все же подумать. Впрочем, время у нас еще есть. Дети быстро не рождаются. Тем более, сразу четверо. У меня в роду, во всяком случае, близнецов не было. Так что на генетическое наследие рассчитывать не приходится. К тому же есть и еще одно «но».
— Какое же? — снова насторожился Тим.
— Ну, мы же живем в век эмансипации. И у каждой нормальной женщины должно быть свое место в этой жизни. Вне семьи, — ответила Диана.
— Что ты имеешь в виду? — не понял Тим. — Только давай, пожалуйста, без этих женских штучек о гендерном равенстве и мужском шовинизме. Мне этих глупостей на работе хватает. Об этом говорится на любой международной конференции, которую мы проводим в МИДе, в любом крупном международном документе. Не хотелось бы переносить и в личную жизнь…
В его голосе прозвучало раздражение. Затем Тим продолжил уже более мягким, спокойным тоном:
— Но могу заранее обещать, что у нас в семье все будет строиться на основе полного равенства и абсолютной демократии. Хотя, честно говоря, я толком не знаю, что это такое. Моя личная семейная жизнь еще не началась. Практического опыта пока нет. Но мы попробуем. Мы будем экспериментировать и найдем, надеюсь, взаимоприемлемый вариант. Я все же дипломат по профессии и любитель компромиссов.
— Вот-вот, я как раз об этом, — подхватила Диана. — Ты, Тим, дипломат, я юрист. У каждого своя специальность по диплому и своя приобретенная профессия. Каждый потратил немало времени и сил, чтобы их получить.
— Так, кажется, я начинаю понимать твои страхи, дорогая, — кивнул Тим.
— Это хорошо. Не придется объяснять прописные истины, — ответила она, но тем не менее сочла нужным заметить: — Как известно, существует груз традиций. Например, в старой доброй Англии сохраняется столь же старый и добрый обычай для женщин после выхода замуж покончить с работой и заняться домашними делами и детьми. То есть убрать университетский диплом в сейф, комод или пыльный чулан и забыть о нем до лучших времен, если таковые вообще наступят. Туда же отправить и все мечты о карьере. И стать придатком мужа. Его половиной или даже тенью. Попасть в полную зависимость от него и от его будущего, от его успехов и неудач.
— И что же ты хочешь услышать от меня? — нахмурившись, спросил Тим.
— Для начала хотя бы то, что ты думаешь по этому поводу. Ты же, наверное, как-то определил для себя мое место в семейной жизни. Прикинул мои будущие занятия. Например, как опытный германист, ты знаешь, что у немцев некогда пропагандировалась идея «трех к»: «кюхе, кирхе и киндер» — кухня, церковь и дети. Три опорных столпа, вокруг которых должна вращаться жизнь женщины. А что ждет меня в твоих дипломатических и семейных планах? Те же «три к»?
И Диана выжидательно посмотрела на Тима.
— Ты полагаешь, дорогая, что я смогу сразу же тебе ответить? Сразу все объяснить? Разложить по полочкам? Прямо сейчас, на месте, глядя на Темзу? — спросил он.
— А почему бы нет? — ответила она. — Что мешает тебе хотя бы попытаться это сделать? Ты предлагаешь мне стать женой дипломата. Я не вращалась в этой среде, но некоторое представление о ней все же имею. Возможно, немного искаженное, но все же… Во всяком случае, жена дипломата, с моей точки зрения, — это не профессия. Допустим, тебя направят на работу в посольство в какую-нибудь страну, например, в Африку. Я должна буду поехать с тобой, так ведь?
— Да конечно. Мы должны быть вместе. Только почему в Африку? Я же германист. Скорее всего, это будет Германия или Австрия. Кстати, у меня уже был разговор в министерстве о направлении на работу в Бонн или Вену. Не исключено, что в Швейцарию, в Цюрих.
— Так, может, именно поэтому ты и затеял разговор? — подозрительно прищурилась Диана.
— Да нет, что ты. Это никак не связано. Я мог бы поехать в Германию и холостяком. Но лучше, если мы это сделаем вдвоем. Я же тебе сказал, что не хочу больше расставаться с тобой надолго. Если бы мне нужна была жена только для карьеры, я бы давно уже женился.
Тим не стал, естественно, говорить, что родители не раз предлагали ему найти подходящую пару. Даже как-то пытались свести во время его приезда в Каир с одной симпатичной, но слишком серьезной и нудноватой университетской девочкой, тоже прибывшей к родителям на каникулы…