Джепара пользовалась своим положением золотой всадницы, и эта роль ей пришлась по вкусу: объект страсти такого количества всадников, королева всего, до чего она могла дотянуться.
- Ты - единственная, кто имеет над ней власть, - сказал Р’ней. - Ты невосприимчива к её чарам, и её привлекает твоя значимость, тем более, что она не может понять её источник.
- И как это, коричневый всадник, ты стал таким проницательным? - лукаво поинтересовалась Ксинна.
- Пять старших сестер, - со вздохом признался Р’ней. - Ты начинаешь разбираться в происходящем очень рано.
Мия, симпатичная молодая всадница Калит'ы, вышла вперед, чтобы поздравить их, стреляя глазками на Р’нея в очевидной попытке привлечь его внимание. Ксинна, разговаривая с другими, двигалась к Г'риалу, бронзовому всаднику из Форта, и размышляла о том, что вот он, похоже, обладает той спокойной силой, которую девушка уже отчаялась иметь сама.
- Хороший выбор, - прошептал Р’ней при первой возможности. - Он достаточно умен, чтобы знать, когда сказать нет, а это редкость.
- В мужчине?
- Да в ком угодно, - ответил Р’ней. Он посмотрел вслед Джепаре, затем снова на Мию, - Знаешь, - сказал он задумчиво, - почему-то они обе напоминают мне моих сестер.
- Правда?
- Да, - сказал Р’ней, усмехаясь. - Я помню, как Севра, самая молодая и симпатичная - и она отлично знала это - решила, что ей сойдёт с рук издеваться над Нереной, которая была самой застенчивой и кроткой.
- И? - спросила Ксинна. - Что сделали ваши родители?
- Ничего, - сказал Р’ней с ухмылкой. - Они очень хорошо знали Нерену. В один прекрасный день, после того, как Севра издевалась над ней целую семидневку, Нерена вышла из себя и остригла все волосы Севре, пока та спала, - Р 'ней покачал головой. - Она всегда считала, что у нее самые лучшие волосы.
- И как поступили родители на этот раз?
- Они сказали, - Ну что ж, Севра, может, теперь ты не будешь дразнить свою сестру, - ответил он, качая головой и улыбаясь своим воспоминаниям, - Ты не видела её негодования. Севра извлекла два урока из этого.
- Два?
- А может, и все четыре, теперь, когда я хорошенько подумал об этом, - сказал Р’ней, подняв руку и загибая пальцы по одному, - Она узнала, что если загонять кого-то в угол, кто бы это ни был, он будет сопротивляться. Она узнала, что никто не поддержит её, если она неправа, как бы красива и настойчива она ни была. Она узнала, что значит быть гадким утенком в нашем Цехе кузнецов: понадобились месяцы, чтобы её волосы выросли до своей прежней длины, и, - закончил он, загибая четвертый палец, - она узнала, что нет никакого смысла требовать справедливости, когда ты несправедлива сама.
- Много уроков, - сказала Ксинна, чувствуя тоску по братьям и сестрам, которых она никогда не имела.
- Я извлек урок тоже, - сказал Р’ней.
Ксинна подняла бровь вопросительно.
- То, что человек застенчив и скромен, не означает, что человек не может постоять за себя, - он сделал совсем маленькую паузу и добавил, - Знаешь, что Джепара называет Мию Мяу?
- О, - сказала Ксинна, мысленно сравнивая их звучание, в то время, как злая усмешка промелькнула на лице Р’нея. Затем она тоже улыбнулась, - Вряд ли ей хватит ума понять, что маленький Мяус станет Мяучелом в один прекрасный день.
- Вряд ли, - согласился Р’ней. Ксинна подняла руку и положила ему на плечо, - Знаешь, коричневый всадник, - сказала она, - я повторюсь, но я, действительно, не знаю лучшего отца для ребенка Тарии -если это случится.
Р’ней покраснел и осторожно прикрыл её руку своей, - Я мог бы сказать, что планировал всё это заранее, но, положа руку на сердце, это не так, - сказал он. - В других обстоятельствах то же самое могло случиться с любым, находившимся рядом.
Ксинна покачала головой. - Какую из твоих сестер больше всех напоминает тебе Тария?
- Нерену, - сказал Р’ней, не размышляя ни секунды. Он поднял кверху руки и покачал головой, сказав, - Но ты же не думаешь...
- Конечно, нет, - успокоила его Ксинна. - Но если бы это был кто-то, похожий на, скажем, Севру, или даже на В'лекса...
- ...мне было бы гораздо легче управлять своими эмоциями - ведь они не самые приятные для меня личности, - признался Р’ней. Он склонил голову набок, глядя в её темно-синие глаза. - А как ты это поняла?
- Я занимаюсь с детьми уже несколько Оборотов, - сказала Ксинна, улыбаясь ему. - Взрослые это те же дети, только взрослые, в конце концов.
- И все они взрослеют с разной скоростью, - задумчиво сказал Р’ней, снова посмотрев на Джепару. - Вот почему ты так много ей прощаешь?
- Это еще и долг памяти человеку, которого уже нет, и который учил тех, кого я уважаю, - сказала Ксинна, и её глаза затуманились от воспоминаний.