- С ней всё хорошо, - успокоила её Ксинна, но девушка всхлипнула, и её лицо исказила гримаса боли.
- Если она будет так дёргаться, не думаю, что получится зашить ей раны, - сказала Бекка, глядя снизу вверх на Ксинну, стоя на коленях рядом с девушкой.
- Ничего пока не делай, - сказала Ксинна. Бекка подняла брови удивленно, но Ксинна покачала головой, махнула рукой и помчалась к яйцу Джираны.
Верь мне, - говорила девушка, - Попроси золотых.
Тазит', зови всех золотых сюда, срочно!
Они здесь, - ответил синий, и Ксинна почувствовала, что он поднялся в небо и медленно кружит над головой, - Ты поможешь малышке?
У Ксинны не было ответа на этот вопрос.
- Ксинна, что случилось? - спросила Джепара, сразу, как только появилась со своей Сарурт'ой.
- Джирана умирает, - сказала Ксинна, и с этими словами слёзы полились из её глаз, - Мы должны помочь ей.
- Как? - спросила Мия: они с Салит'ой стояли неподалеку.
- Бекка, - спросила Ксинна, стиснув золотую всадницу, - Ты же можешь говорить с драконами?
Бекка кивнула, наморщив лоб в замешательстве. Ксинна схватила руку целительницы и положила её на яйцо.
Верь мне, - говорила малышка.
- Становитесь все в круг, руки на яйцо, - сказала Ксинна, - Джепара, говори с ней.
- Говорить с ней? - повторила Джепара удивленно, затем, поняв всё, положила другую руку на скорлупу и закрыла глаза.
- Мы должны попросить Ласпант'у помочь Джиране, - сказала Ксинна, закрыв глаза и положив руки на яйцо, мизинец ее правой руки касался мизинца Мии. Еще чей-то палец коснулся левой руки: это была Джепара.
Ласпант'а, - мысленно сказала Ксинна, - Помоги Джиране. Забери её боль, отдай её нам, сделай, чтобы она не шевелилась, и тогда ей смогут помочь.
Ксинна услышала, как рядом с ней Джепара ахнула от удивления.
- Давай! - крикнула Ксинна, передав ту же мысль Тазит'у. Она полностью сконцентрировалась в этот момент на яйце, на золотых, на маленькой девочке, которая попросила ее доверять ей и...
Это было так, словно она никогда по-настоящему не видела, не дышала и не чувствовала раньше. Мир ее чувств стал совершенно другим для неё, и это не поддавалось описанию, и вдруг...
Боль! Она задыхалась, её тело закаменело, она не могла ни дёрнуться, ни даже пошевелить хоть одним мускулом, она только чувствовала боль - чудовищную, бешеную боль - и, вместе с ней, ужас. Она умирала. Ей удалось усмирить ужас, справиться с ним, смягчить его, научиться контролировать боль, исследовать её, сравнить с другими видами боли, такими, как боль в плече, боль от родовых схваток, боль от ожога Нити или...
- Ксинна! - закричал чей-то голос, - Ксинна, всё закончилось.
Ксинна открыла глаза и с удивлением обнаружила, что лежит на теплом песке, на который рухнула рядом с яйцом.
- Ласпант'а? - прошептала Ксинна, поняв, что голос принадлежал Джепаре.
- С ней всё хорошо, - сказала Джепара, - Бекка закончила с Джираной. Нужно сходить проведать её.
Какое-то чувство, обрывок мысли, не давало покоя Ксинне, и она покачала головой, - Возьмём яйцо. Тазит', принеси его.
- Я сделала всё, что могла, - устало сказала Бекка Ксинне, кивнув на живот Джираны, прикрытый тканью, - Она не шевельнулась и не издала ни звука.
Ксинна почувствовала болезненное жжение в собственном животе и, морщась, задрала тунику, чтобы посмотреть, что её беспокоит.
- Ксинна, что с твоим животом? - спросила Бекка, увидев покрасневшую кожу.
Ксинна не ответила ей, обратившись вместо этого к темноволосой золотой всаднице, стоявшей рядом, - Джепара, как твой живот?
Всадница королевы молча подняла тунику и показала три параллельные красные полосы, такие же, как у Ксинны.
- Мы забрали боль, ведь так? - спросила Джепара и улыбнулась Ксинне, - Ей же надо было куда-нибудь деться.
- А как остальные? - Ксинна оглянулась через плечо на фигуру, молча бредущую за ними, -Тария, подними тунику.
Удивленная, зеленая всадница подняла тунику над своим раздутым животом. Три рубца пересекали её живот.
Ксинна посмотрела на неё и вспомнила, как чья-то рука легла на её плечо, а темноглазая женщина сказала, - Я тоже должна была помочь.
Ксинна опустила свою тунику, подошла к Тарии и наклонилась, чтобы нежно поцеловать каждый из трех рубцов. Она повернула голову, прижав ухо к животу Тарии, и прислушалась, её глаза расширились от удивления, когда она услышала звуки жизни, растущей внутри. Затем она выпрямилась, осторожно натянув тунику Тарии обратно на её живот, и обняла зеленую всадницу, стоявшую неподвижно.