Кэссиди затаилась в тени. Траск заскочил в здание и направился в противоположный конец, к черному ходу. В свете тусклой длинной лампы сверкнули его золотые украшения и зажатый в руке игольник.
Док взяла пистолет как положено – двумя руками, тщательно прицелилась и выстрелила главарю бандитов в голову. Мужчина пошатнулся, споткнулся и ничком упал в «сундук».
Док услышала крики, судя по голосу – девичьи, потом удивленные и одобрительные возгласы. Медик осмотрела яму, обнаружила лестницу и спустила ее вниз. После помогла измученным, с запавшими глазами узникам выбраться из ямы наружу.
– Вы настоящий ангел, – опираясь на руку Кэссиди, поблагодарила девушку пожилая дама.
Док улыбнулась.
– Можете назвать меня кем угодно, мэм, – холодно ответила она, – но с «ангелом» вы точно окажетесь в пролете.
* * *
После того как затихли последние выстрелы, и десантники полностью завладели фермой, команда собралась во дворе перед зернохранилищем.
– Черт, – произнес Харнак, оглядевшись вокруг. – Ну что, все в порядке, или как?
– Да какой тут к черту порядок, – бесстрастно ответил Цандер. – Было бы неплохо, появись вы, ребят, чуток пораньше.
– Было бы неплохо, потрать ты все деньги на пиво и девок, – вставил появившийся из ворот склада Тайкус. – И неважно, в каком порядке. – Он снял с Траска все драгоценности и теперь пытался натянуть какую-то вульгарную печатку на левый мизинец.
– Кстати, очень важный вопрос, – оживился Кидд. – По-моему, тут кто-то как раз собирается угостить всех пивом.
– Намек понят, – улыбнулся Уорд. – Первый круг за Цандером.
– Отлично, – согласился Тайкус, – я как раз знаю бар, который нас с радостью примет.
Рейнор простонал.
– Только не «У Херли»...
Тайкус довольно оскалился.
– Ну конечно «У Херли»! Надо вернуть наши деньги за такие дорогущие сэндвичи.
– Давайте все пять! – Харнак поднял руку.
Все по очереди хлопнули по ладони.
Док – последней.
ФОРТ ХАУ, ПЛАНЕТА ТУРАКСИС-II
С налета на ферму прошло четыре дня, команда успешно вернулась в форт Хау, и Док была в бешенстве. Они пахали все эти дни как проклятые, и наконец вырвались на заслуженный перерыв, как вдруг ей приказали явиться с докладом в командный центр. Вандершпуль бесцеремонно нарушил регламент отчетности, о котором они договаривались при заключении сделки.
Кэссиди пролетела через приемную с рыженькой капральшей и в гневе ворвалась в кабинет полковника. Вандершпуль сосредоточенно складывал в кейс документы. Когда хлопнула дверь, он с удивлением поднял взгляд на рассвирепевшего медика, что нависла над его столом.
– Какова хрена вы творите? – взорвалась девушка. – Прикончить меня решили? Если Тайкус узнает, что я на него стучу, он меня как вошь раз...
Это сейчас Вандершпуль просиживал стул в своем кабинете, но он успел нюхнуть пороху, и Док была поражена, с какой скоростью он выбросил вперед правую руку и схватил ее за грудки. На пол полетели дорогие часы, два видеоснимка и толстая латунная гильза, в которой стояли письменные принадлежности. Вандершпуль протащил Кэссиди через стол, так что до его лица остались считанные сантиметры.
– Ты будешь обращаться ко мне «сэр»... а по поводу твоей скоропостижной кончины, так она может наступить прямо сегодня! Ясно тебе, сука?
Док увидела в его темных глазах ярость и поняла, что зашла слишком далеко. Один из побочных эффектов замеченных ею за крэбом. Стоило ей принять слишком мало или слишком много, у нее словно мутнел рассудок.
– Да, сэр. Извините, сэр.
Вандершпуль отшвырнул ее.
– Так то лучше... Мне некогда разыгрывать представление «свидание-со-шлюхой-наркошей-на-Хате»... Генерал Тейн сегодня ждет меня на стратегическом совещании, и я сейчас улетаю на авиабазу Боро. Но прежде мне нужен отчет о сержанте Финдли и его разгильдяях.
Гражданские власти утверждают, что видели, как человек, подходящий под его описание, был позавчера в заведении «У Херли», вызвал владельца на кулачный бой и едва не убил его. К тому же, если мне не врут, там же видели и других солдат... в том числе женщину с короткой стрижкой и милым личиком. Никого не напоминает?
Кэссиди, опустив голову, смотрела на разбросанные по полу вещи. Она сдавленно призналась:
– Да, сэр, – и рассказала все, что знала: с того момента, как ее разбудил Фик.