Фик подошел к Рейнору. Лицевой щиток скафандра техника был открыт, и Рейнор увидел лицо товарища. Что оно выражало? Восхищение? Сопереживание? Оба эти чувства? Джим не знал.
– Пять минут до выброса, – сказал Фик. – Пока выходим на позицию, нужно провести финальную проверку.
– Спасибо, – ответил Рейнор. Он поднялся на ноги. Тяжелыми шагами преодолел расстояние до зияющего в полу квадрата черной бездны, готовой проглотить его в любое мгновение, и начал проверку систем скафандра. «Это твой шанс, – прошептал внутренний голос. – Если со скорлупой что-то не в порядке, тебе не придется прыгать. Никому даже в голову не придет усомниться, что были другие причины».
Но Джим отчетливо услышал и другой голос. Голос отца: «Ложь – как болезнь, сынок... Она проникает очень глубоко и отравляет тебе жизнь».
Тем более что на кону жизни пленных. Стоило Рейнору вспомнить капитана Хобарт, как он тут же отбросил все сомнения. Индикаторы всех систем загорелись зеленым, и Джим показал Фику большой палец. Тот кивнул. Пилот интеркому объявил: – «Удачи!» – и Рейнор закрыл забрало шлема. На дисплее НСИ загорелись цифры финального отсчета, дублируемые вслух Фиком:
– Пять! Четыре! Три! Два! Один!
Рейнор не позволил себе ни секунды промедления. На трех начал движение, на двух уже наполовину скрылся в люке, и, – «Один!» – он услышал уже в свободном падении. Тьма стояла кромешная. Единственное, что помогало парню ориентироваться в пространстве – это показания НСИ. Но, как оказалось, благодаря практике его тело и так отлично знало, что делать. Значения альтиметра в левом верхнем углу дисплея стремительно уменьшались, в то время как Рейнор в строго вертикальном положении несся к земле.
Джим почувствовал, как его словно подбросило вверх – это включился реактивный ранец. Мгновение спустя ДВК-230-М продолжил движение вниз, но уже с меньшей скоростью. На малой высоте Рейнор попал в сильные потоки воздуха, которые то и дело грозили перевернуть его вверх ногами. Джим уже знал, как с ними сладить, и продолжал снижение, постепенно увеличивая силу тяги двигателя. На дисплеях НСИ забрезжила призрачно-зеленая земля.
Времени наслаждаться видом не было – земля словно скакнула к глазам, Рейнор согнул колени (то же сделал и скафандр) и приземлился. В момент удара реактивный ранец самостоятельно отключился. Так чисто и аккуратно выполнить прыжок Рейнору еще ни разу ни удавалось, но как назло, оценить подвиг было некому.
Оно, впрочем, и к лучшему. Тем не менее, Рейнор на всякий случай огляделся вокруг – не угораздило ли его свалиться на голову келморийскому патрулю. Мало ли какие шутки могло выкинуть его везение. Как Джим и надеялся, ненужных свидетелей посадки не оказалось. Только какое-то животное, зеленым пятном светящееся на дисплее, глянуло на десантника и спешно убежало прочь.
Убедившись, что он в безопасности, по крайней мере, на данный момент, Рейнор приступил к поиску подходящего тайника. Внимательно осмотревшись еще раз, Джим заметил низину, в которой и попытался лечь на землю. Он неловко опустился и с трудом принял горизонтальное положение. Хотя, строго говоря, из-за объемного ранца на спине он не лежал, а скорее сидел на земле.
Пришло время вылезти из брони. Рейнор подбородком нажал кнопку, открыл защелку и был вознагражден шипящим звуком, с которым скафандр открылся. Давление нормализовалось. Рейнор оттолкнул верхнюю половину в сторону, высвободился из интерфейса управления сервоприводами экзоскелета, и поднялся на ноги. Оставшись в келморийской форме пилота, Джим мигом почувствовал насколько холодна ночь.
Прежде чем отправиться в путь, ему следовало сделать еще кое-что. В первую очередь, активировать систему самоуничтожения ДВК-230-М, которая уничтожит все в радиусе шести метров, если кто-то чужой попробует сунуться к скафандру. Затем следовало накрыть скорлупу тонкой, но прочной камуфляжной тканью, а сверху присыпать землей и камнями. На все про все у Джима ушел целый час, и он вымотался так, словно сам в течение семи дней тащился с места падения «Гончей» Раса Хагара до окрестностей КИЛ-36.
Кроме того, для правдоподобия легенды о путешествии со спорной территории, Рейнор специально неделю не брился и не принимал душ. Страховка на тот случай, если его будут расспрашивать. Правда, до лагеря нужно еще добраться, а это по прямой около десяти километров. Подобный расклад, конечно, не радовал, однако были и положительные моменты. Рядом с точкой приземления пролегала дорога от одной из шахт, которой сейчас практически не пользовались. По ней Рейнор мог выйти практически к самому лагерю. Заблудиться Джим не боялся, так как при себе у него был не только компас, но еще и компас, встроенный в келовские очки ночного видения.