— Какие? — спросила Кузя.
— А ты не догадываешься? — усмехнулась чертовка. — Что вам обещают в качестве посмертного воздаяния? Добро и зло? Нет, в документации чётко прописано — карой должна служить боль, а наградой — наслаждение.
Кузя прикусила губу и ничего не ответила. Макар оторвал взгляд от экрана ноутбука.
— Я читал, что сейчас ведутся опыты по созданию животных с фотосинтезом. Даже в живой природе горизонтальный перенос генов грибка позволил гороховой тле синтезировать каротиноиды. И у морских брюхоногих моллюсков что-то такое обнаружили. А теперь люди пытаются воспроизвести такой перенос у более развитых животных.
Кузя заметно напряглась.
— Ты намекаешь, что цель Элизиума — создание нового человека, способного к фотосинтезу? Осуществление давней мечты о мыслящей твари с положительным тропизмом, способной купаться в океане чистой растительной радости?
— Хотеть-то они хотят, — ответила Бестия, — да кто ж им даст! Это красная линия. Думаешь, Элизиум готов к Армагеддону?
— Но если бы могли, они бы это сделали? — спросила Кузя.
Чертовка усмехнулась половиной рта, приподняв верхнюю губу и блеснув белым клыком.
— Мечтать не вредно. Свой шанс Элизиум упустил, теперь поздно пить боржоми. Наигрались уже.
8
Кузю ответ чертовки явно не удовлетворил.
— Всё равно не понимаю. Зачем эти тёрки, если правитель всё равно у всех один?
— Кто-о?! — насмешливо протянула Бестия.
— Ну, самый главный. Экселенц.
Чертовка презрительно фыркнула.
— Главный! Скажи ещё — директор! Генералиссимус! Крёстный отец! Нет, всё-таки у вас, белковых, психология рабов. С намертво вшитой иерархией.
— Ты с темы-то не съезжай! — резко оборвала её Кузя. — Вы можете бодаться с Элизиумом хоть до скончания времён; но есть же тот, кто над всеми? Кто выше трёх миров?
— Есть, конечно, — нехотя согласилась чертовка, — только он уже давно ничем не управляет. Он не «правитель», как ты выразилась, скорее Deus otiosus[1]. Мы называем его абсолютным наблюдателем.
— Абсолютный наблюдатель? — переспросил Макар. — То есть идеальный? Чьё наблюдение не влияет на то, за чем он наблюдает?
Чертовка отрицательно покачала головой.
— Нет, так не бывает. Развести наблюдение и наблюдаемое невозможно, это единый неделимый феномен. К великому нашему сожалению. Ибо изначально мир был задуман как совершенный. И он стал бы таким, если б не эффект наблюдателя, который искажает оптимальные алгоритмы.
— Что значит «искажает»? — спросил Макар.
— Вносит помехи в естественный ход событий. Проще говоря, любое действие встречает сопротивление, которое обусловлено именно наблюдением. Ангпроп, конечно, и здесь подсуетился. Вам внушили, что лишь творя добро приходится чем-то жертвовать, а злодействовать, наоборот, легко и приятно. Но это не так. Наблюдатель отслеживает всё, потому он и абсолютный.
— То есть весь этот бардак… — Макар широко развёл руки, как бы охватывая ими весь мир.
— Да, — ответила чертовка. — Сначала все думали, что эффект незначителен и им можно пренебречь. А оказалось… Сами видите.
— Любопытство кошку сгубило, — сказал Макар.
— Ничего личного, — возразила чертовка, — таковы законы мироздания, и мы должны их учитывать.
— И разгребать последствия, — добавила Кузя.
— И разгребать, — согласилась Бестия. — Кстати, а что сейчас разгребаем? Зачем позвали?
9
Николай вопросительно посмотрел на Кузю.
— Ты начнёшь?
Та кивнула и подошла к окну.
— Видишь пустой проём в здании напротив?
Чертовка не ответила, но ответ и не требовался — обугленную стену над зияющей дырой нельзя было не заметить.
— Там сидел наш агент. Он передавал экстренное сообщение, когда его взорвали.
— Успел передать? — спросила чертовка.
Кузя болезненно поморщилось.
— Нет. И всё из-за проклятой бюрократии! Наша программа шифросвязи не позволяет писать в окне сообщения, пока агент не заполнит чёртову кучу полей и не выставит все атрибуты шифрограммы — уровень срочности, уровень секретности, уровень потенциальной опасности, код получателя, код отдела обработки и т.д., и т.п. Штабным так удобнее. Им надо еженедельно отсылать статистические отчёты, вот они и решили облегчить себе жизнь. За счёт полевых агентов.
— Штабные везде одинаковы, — подтвердила чертовка. — Но хоть что-то ваш агент успел передать?