На помощь неожиданно пришел отец. Он посоветовался с коллегами в МИДе и вышел на гениального профессора, Ростислава Федотова, который делал уникальные операции.
Профессор был необыкновенно востребован, но их принял в тот же вечер. Ростислав Андреевич оказался оказался невысоким мужчиной средних лет с живыми глазами и душой мальчишки.
— Так значит, ты хочешь быть летчиком? — спросил он после осмотра.
— Очень хочу, — признался Арсений.
— И единственная загвоздка — твое зрение. Летчики стране ох как нужны. Везде нужны. И для перевозок и на войне, доставлять солдат. А уж как они нужны нам в здравоохранении… Ты знаешь, я говорил об этом министру. Дай нам медицинскую авиацию, мы бы сделали в сотни раз больше операций… В общем, я тебя понимаю, парень. Ты очень правильную профессию выбрал, вот только…
— Что? — спросил взволнованный Арсений, чувствуя, что именно сейчас, в этом кабинете, решается его судьба. Сейчас, а вовсе не во время медицинской комиссии или вступительных экзаменов. — Вы лучше сразу говорите, как есть.
— Ну что ж. Сначала хорошая новость: такие операции мы делаем… — профессор немного помолчал. — Собственно, только мы их пока и делаем. Но они экспериментальные, понимаешь? То есть существует весьма серьезный риск, я обязан об этом сказать. Технология не до конца еще отработана. В восьмидесяти процентах случаев все хорошо, но бывают такие результаты, что я за голову хватаюсь.
— Чем это может грозить? — нахмурив брови спросил папа.
— Отторжение, воспалительный процесс… Зрение может стать хуже, чем сейчас. Мы сделаем все, что возможно, но дать стопроцентных гарантий я не могу. И Вы должны это понимать.
— Я хочу эту операцию, — твердо сказал Арсений.
— Подожди! — перебил его отец. — Риск двадцать процентов, ты же слышал. Это очень много… Ты хоть представляешь, что будет с мамой…
— Есть восемьдесят процентов, что я пройду медкомиссию. Восемьдесят. Я никогда не прощу себе, если не попробую.
Арсений верил, что оказался в этом медицинском центре не случайно. Верил, что этот врач с душой летчика, мечтающий о медицинском десанте, сможет ему помочь.
Операция прошла на удивление успешно. Мир впервые приобрел четкие очертания. Арсений даже не сразу смог привыкнуть к этой новой реальности.
Очки превратились в ненужный аксессуар. Профессор Федотов уверял, что теперь с медкомиссией проблем не будет.
Дед был горд и счастлив, отец вздохнул с облегчением. Но мама все равно не обрадовалась. Вертолетное училище означало для нее только одно — Афганистан. Войну, с которой многие не возвращаются.
В итоге все так и вышло. Лейтенант Медведев, второй пилот боевого вертолета Ми-8, отправился в горячую точку уже через полгода после выпуска.
Арсению необыкновенно повезло. Командир эскадрильи майор Игорь Монахов был опытным пилотом. Он воевал в Афганистане уже без малого три года. Всего за несколько месяцев здесь он научил Арсения большему, чем тому удалось узнать за все время в училище.
В тот день их боевая задача была особенно сложной. Майор Монахов возглавлял группу в составе трех транспортных и трех боевых вертолетов. Их машина шла первой. А значит, основной шквал огня обрушится именно на них. Игорь Александрович был спокоен, как всегда. Эта уверенность командира передавалась всему экипажу.
— Ну, а девушка у тебя есть? — вдруг спросил Монахов будто продолжая давнюю беседу.
— Есть, — не задумываясь ответил Арсений. — Только она об этом не знает. У нее отец вертолетчик в Афгане погиб год назад и мама недавно умерла. Ну зачем ей еще один груз двести… Вот если вернусь, тогда…
— Отец, говоришь, был у нее вертолетчик? — заинтересовался командир. — А как фамилия?
— Синицын.
— Подожди-ка…неужели Пал Палыч? Он погиб в том году… А дочку Яной зовут и поет как соловей?
— Вы знали его?!
— А то! Я с ним летал. Такой мужик был. Надежный, как скала. И летчик от Бога. Ты бы ему точно понравился.
— Вы думаете?
— А то! А уж как Янку он любил. Все время только и говорил о ней. Ну, живы будем, на свадьбу пригласишь.
— Мы на месте, командир, — доложил штурман.
Здесь, под ними, прятались в горах душманы. Майор первым привел машину на их позиции, вызывая огонь на себя. Тем самым моджахеды обнаружили свои позиции, и боевые вертолеты нанесли сокрушительный удар. А потом в дело вступил десант. Душманы сражались со страстью смертельно раненых хищников. Они открыли огонь по солдатам из единственного уцелевшего пулемета. Игорь Александрович, не раздумывая, повел свою машину на помощь десантникам. Ми-8 завис над склоном. Счет шел буквально на минуты. Летчики ждали, пока на борт загрузят всех раненых, а моджахеды отчаянно обстреливали вертолет.