Полчаса пришлось потратить на то, чтобы аккуратно взрезать дверцу сейфа. Когда она, оплавленным куском, упала к нашим ногам, мы с жадностью залезли внутрь. Нашли мы много чего: кредитные чипы, датапад, раритетный бластер, и три инфокарты, их еще называли «datacard». Эти штуки были предназначены для длительного и защищённого хранения больших объёмов данных, поэтому взломать их в полевых условия было невозможно. Даже Энакин, с его возможностями, с таким не справится. Нужно было весьма специализированное оборудование. Жаль, конечно, но радовало то, что парочку инфодисков, что были в сейфе, он взломать вполне мог.
Но всё это добро меркло перед последним предметом, что лежал в специальном боксе. Странный куб, поверхность которого украшали геометрические фигуры и письмена на незнакомом языке. Кубик Рубика какой-то по виду. Эта штуковина манила меня, требуя, чтобы я поскорее взял её в руки… Моя прелесть… Тьфу ты, наваждение какое.
Вот только брат оказался шустрее. Хваткие пальцы ловко вскрыли контейнер, и вытащили под свет фонаря эту хреновину.
— Ух ты, — восхитился он. — Прикольная штука. Древняя походу.
— Эни, дай-ка мне на неё посмотреть.
— Это древняя игрушка? Хм-м. Тут есть подвижные элементы. Может это и есть голокрон? — Энакин покрутил куб в руках, постучал по граням, понюхал, и даже лизнул.
— Не похож, — не согласился с ним. — Скажи, Эни, ты ничего не чувствуешь?
Энакин на несколько мгновений застыл, прислушиваясь к своим ощущениям, а потом ответил:
— Нет. Вроде нет, брат. Странная штука. На, держи, смотри сам.
Когда мне в руки попал этот массивный куб, меня словно молнией пробило. Холодный материал, на ощупь вроде металлический, но в этом я не был уверен. Руки зажили своей жизнью, провернув его целиком по центральной оси и нажав на неприметные кнопки, что выскочили из него, а затем, вновь провернув, но уже отдельные его части. Что щёлкнуло внутри куба, и я в лёгкой панике попытался отбросить эту штуковину, но не успел — куб рассыпался мелкой пылью, и словно вода потёк по моим пальцам, исчезая.
— Брат? Что⁈ Эйдан! Ты опять что-то сломал? — прилетевший от брата лёгкий подзатыльник привёл в чувство.
— Почему сразу я? — возмутился в ответ. — Может, это твоя ядовитая слюна на него так подействовала? Ладно, пошли наружу, там ещё трофей ждёт. Не дай Сила, ещё падальщики набегут, да и солнце жаркое, скоро вся туша вонять начнёт, а не только его экскременты.
— Надо будет по каталогам проверить, и если это было что-то ценное, — начал ворчать Энакин, но я его перебил.
— То ты долго будешь мне об этом напоминать, я уже понял, — закатил глаза, что тот Роберт Дауни младший. — Пошли, сначала башку отпилим, потом желудок проверим.
Так, беззлобно переругиваясь, мы выбрались из корабля и направились к драконьей туше.
Глава 5
(с картинками)
Внешнее кольцо. Сектор Арканис. Система Тату. Планета Татуин. Западный Каньон Нищего.
Год: 1 РС.
Эйдан Скайуокер.
Из опыта своей не столь долгой прошлой жизни я вынес, что многие люди были недовольны тем, что имели. Они вечно были в поисках чего-то или кого-то лучшего. Вот только очень часто я видел, что, спустя какое-то время, им приходило осознание, что это что-то или кто-то лучший уже был в их жизни. Там, в прошлом. Но фарш невозможно провернуть назад, другими словами — прошлое теряется с концами. Осознание этого факта порой было настолько травмирующим, что единственное, что оставалось им делать — безмолвно принимать это с безмятежным фатализмом и показным безразличием. Именно так и появилась «суровость» жителей славного города Челябинска, воспетая в одной одиозной передаче.
Также я понял, что всегда нужно было быть готовым к резкой смене окружающей действительности. Бытие жителем местами сурового города в крайне своеобразной стране, наоборот, приучило меня думать и надеяться, что «когда-то» может быть разным и не всегда мрачным. Всегда надо верить, что «завтра» будет лучше, чем «вчера» иначе можно на ровном месте заработать кучу расстройств, девиаций и плавного отъезда некогда крепкой крыши. Поэтому можно сделать второй вывод — в каждом нормальном мужике, должен быть внутренний, стальной стержень, который поможет ему с честью пережить все жопы завтрашнего дня. На крайний же случай стержень всегда можно вытащить и покарать им обидчиков самым жестоким способом.
К чему всё это? Наверно к тому, что в тот момент, когда массивный кубик распался на мелкие частички и, будто вода, потёк по пальцам, а затем и вовсе словно дым исчез с поверхности кожи, где-то глубоко в себе я ощутил, что моё «завтра» наконец свернуло в нужную мне сторону. Сторону мрачную и непредсказуемую, но оттого не менее ожидаемую. Словно так и должно быть. Звёзды так сложились или Сила повелела, хрен его знает, но факт, как говорится, на лицо.