«Белые» ликуют, «красные» пытаются найти виноватых в пропущенном голе, а я, как и многие из сидящих на трибуне, стал аплодировать индивидуальному мастерству француза и неплохому голу.
В скором времени игра возобновилась. Проигрывающая сторона всей командой пошла на штурм ворот соперника, больше похожий на бесхитростный навал с флангов, чем на обдуманные позиционные атаки.
Последующие десять минут обе команды пытались взломать оборону друг друга, продемонстрировав безбашенный атакующий футбол. Но голов я так и не увидел из-за проблем с последним пасом и точностью ударов по воротам.
Яссер Ларуси ещё дважды показал себя во всей красе. Один раз он мастерски отобрал мяч в подкате, а в другом эпизоде продемонстрировал умение быстро бегать с мячом и делать точные диагональные навесы.
Другие футболисты меня не заинтересовали. Ничего особенного в их действиях я не увидел. Я достал смартфон и, поглядывая в листок, стал вносить в свои контакты личный номер телефона Ларуси. Агента у него не было. Таких футболистов было немного, но всё же они присутствовали. Возможно, он имел знакомых среди агентов и ему пошли навстречу, включив его в список игроков на этот матч, чтобы дополнить составы команд.
Я услышал свисток арбитра и шум с трибуны. Поднял глаза и ужаснулся увиденному. Возле центрального круга на газоне лежал «мой» француз и корчился от боли, держась руками за левый голеностоп.
— Твою мать! Что за херня случилась? — непроизвольно вырвалось у меня. Я не видел момент столкновения и получения травмы Яссером, но, судя по реакции игроков его команды, этот фол был слишком грубым.
Молодой арбитр предъявляет жёлтую карточку игроку «красных» и просит бригаду врачей, дежуривших на этом матче, выйти на поле. Несколько минут уходит на оказание медицинской помощи пострадавшему. Затем Яссер с помощью одного из врачей поднимается с газона и в сопровождении медика и партнёра по команде неторопливо покидает поле, прыгая только на одной здоровой ноге.
По всей видимости, травма у парня серьёзная. Матч мне уже был не интересен. Складываю бумажные листочки пополам и убираю их в карман куртки. Дожидаюсь момента, когда Ларуси окажется за пределами поля и, не спеша, спускаюсь с трибуны.
Игра парня мне приглянулась. Поэтому, несмотря на травму, пойду с ним пообщаюсь и узнаю о его желании оказаться в моей команде.
Минут пять я стоял и ждал, когда парню окажут первую медицинскую помощь и, судя по тому, что к травмированной ноге была приложена охлаждающая повязка со льдом, ему удалось избежать перелома.
Медики закончили возиться с ногой, и я приблизился к ним.
— Приветствую медицину, — кивнул я врачам. — Что скажете о травме?
— А вы кто ему будете? — задал вопрос мордастый мужчина, примерно моего возраста.
Я посмотрел на Ларуси и с улыбкой сказал:
— Надеюсь, что его будущий тренер, — и, обращаясь уже к парню, продолжил. — Привет, Яссер.
Игрок грустно улыбнулся и кивнул головой.
— Скорее всего, у него повреждён «галик», — произнёс второй врач. — А если быть точным, то повреждён голеностопный сустав. Сейчас поедем в клинику, сделаем МРТ и уже по снимкам определим степень повреждения. Главное — исключить переломы, трещины и разрыв связок.
— Я вас понял, мужики. Спасибо за ликбез. Разрешите тогда немного пообщаться с парнем?
Дождавшись их молчаливых кивков головы, подошёл к Ларуси и протянул руку.
— Я менеджер команды «Линкольн Сити» Аарон Кивомия. Надеюсь, ты слышал о моей команде? — усмехнулся я, пожимая протянутую руку.
— Конечно, сэр. И даже смотрел по телеку одну из ваших игр в кубке Англии.
— Это уже радует, — сказал я и присел на корточки. — Времени у нас в обрез, поэтому задам тебе два вопроса. Как ты смотришь на то, чтобы перейти в стан моих «чертей»? — и подумав, что, возможно, он не знает прозвище моей команды, добавил. — Это наше прозвище.
— Нормально смотрю. Вы вроде бы в Первой лиге играете?
— Да. Но будем выходить в Чемпионшип. Это наша цель на сезон.
— Прикольно. Но у меня же травма…
— Ерунда. Все травмы рано или поздно залечиваются. Теперь ответь на последний вопрос. Почему покинул бывшую команду? Только говори правду. Договорились?
Парнишка сразу погрустнел, опустил глаза и через непродолжительную паузу начал неохотно говорить:
— Из-за драки… Подрался с тренером из молодёжки.
— И всё?! Братишка, ты его что, инвалидом сделал? Или имеются ещё какие-то причины? Давай, колись. Ведь если захочу, то и сам узнаю всю правду.