- Босс, не хочу расстраивать, но мне пришлось загасить основные движки, так как сопла получили серьёзные повреждения и выхлоп пробивает в сторону. Мы просто спалим себе маневровые и всю начинку на корме.
- Что произошло, корабль? Чем нас задел этот... чем он нас достал?
- Судя по последним данным с камер на корме, в момент вашего манёвра он прошёл по касательной под нами и всадил четыре летучки в маршевые движки.
- Макабра! Получается, что я сам же и подставил ему пузо под удар!
- Босс, простите! Я не успел переключить поле с носа на корму. Он так упорно долбил разрядами по носу, что я и не думал, что он станет атаковать движки. Да и нереально проделать такое с летучками - никакая автоматика не позволит сделать запуск на таком близком расстоянии от цели.
Аазор был в бешенстве. Теперь он осознал, что явно имел дело не с одним из тех идиотов, которых недавно зачислил в личные рабы. Просто вид той колымаги, за которой он гнался, ввёл его в заблуждение. А ведь он сам неоднократно говорил Элу: «Не важно, какое досталось железо. Важно, какой пилот им управляет». И кстати, где Эл?!
- Корабль, позови Эла!
В воздухе повисла тишина. Аазор напрягся и заорал, вкладывая весь свой гнев в этот крик:
- Тупая долбанная никчемная железяка! Я тебя спрашиваю: где Эл?!
Ещё миг не было ответа, затем корабль произнёс негромким голосом:
- Прошу прощения, босс, у меня не было возможности сообщить вам раньше: Эл покинул борт в то время, когда вы держали на прицеле семерых заложников там, на причальной платформе... босс...
Аазор остолбенел. Эл таки сбежал от него и... а куда он мог сбежать на пустом причальном буе? Мурашки побежали по всему телу. Аазор быстро сопоставил факты, и ужасная догадка пронзила его, словно удар игловика:
- Корабль, срочно запрашивай связь с тем, кого мы преследовали! Если я не ошибаюсь, это наш мальчик решил показать характер.
- Босс, уже делаю. Кстати, он приближается, заходит с кормы. Возможно будет нас атаковать. Было бы неплохо...
- Заткнись! Не будет больше никакой атаки! Выходи с ним на связь и так и передай: я хочу с ним поговорить.
Вскоре на одной из виртуальных панелей, проецирующихся прямо на сетчатку глаз Аазора, вспыхнуло табло видеосвязи. Аазор увидел Эла. Вид у парня был ужасный - кровь сочилась из носа и ушей, веки отекли и заплыли, сосуды в глазах полопались и превратились в расплывшиеся красные пятна, вены на лбу вздулись.
- Алумб! Кто тебя так отделал, сынок?
- Перегрузки... На этом корыте нет ни гидравлики, ни масс-компенсатора, ни инерционных гасителей, ничего нет... Только голая обшивка и движки.
Аазор на миг растерялся. Получается, Эл угнал эту старую рухлядь, на которой и летать то нереально, да ещё и умудрился его подбить?
- Ты хоть понимаешь, что я тебя чуть не угробил? - заорал Аазор тоном грозного отца.
Эл ухмыльнулся. Запёкшаяся чернеющая кровь и опухшие веки придали этой ухмылке оттенок какого-то дьявольского сарказма:
- Прости, Аазор, но это я тебя чуть не угробил! Скажи спасибо, что ты потерял лишь сопла двух маршевых движков. А ведь я мог бы всадить летучки в корпус. Тогда бы мы с тобой сейчас уже не разговаривали.
Аазор поник, осознав, как ловко подловил его этот сорванец и насколько близок был к смерти он сам. Да уж, вот и настал этот печальный момент, когда опыт учителя меркнет перед мастерством его ученика. Он вдруг почему-то вспомнил тот самый первый раз, восемь полных кругов назад, когда они вместе уселись поесть прямо на полу у входа в рубку, пока корабль приводил в порядок разгромленную каюту с раздувшимся телом сварившегося наёмника Ли-Гуира. Аазора тогда позабавил этот маленький лохматый дикарь, весело лепечущий что-то своим тоненьким голоском на незнакомом языке, как и Мумо, робко поглядывающий из-за пазухи. Эх, как быстро пролетело время...