Эл сгрёб с ложа вещи прежнего владельца и швырнул их в дальний угол каюты. Затем обнюхал плотную ткань, которая покрывала ложе. Балагоры, как и все живые существа во Вселенной, имели собственный уникальный запах. Ткань ложа не выглядела затасканной, и от неё не разило потом или ещё чем похлеще. Похоже, прежний обитатель каюты был вполне аккуратным типом и поддерживал чистоту в своём жилище. Что ж, это радует. Ещё в те далёкие времена, когда Эл только появился на корабле Аазора, старик первым делом приучил его соблюдать правила гигиены и поддерживать чистоту и порядок в личных вещах. Старый бродяга любил повторять: «Космос не прощает нерях». В итоге, Эл привык к тому, что всё у него было разложено по местам и готово к использованию в любой момент, как только понадобится. А увлёкшись конструированием кибер-устройств, он стал ещё более щепетильным в вопросах порядка.
Следующим шагом в освоении каюты стал осмотр гардероба прежнего владельца. Эла в первую очередь интересовало наличие скафандра и его состояние. Открыв несколько встроенных шкафов, он вскоре обнаружил скафандры. Эл невольно присвистнул от удивления. «А этот парень явно был пижоном» - отметил он про себя, оглядывая целую батарею разнообразных скафандров. Тут были типы и дизайны наверно под все случаи жизни. Одна загвоздка - их бывший владелец был гораздо крупнее Эла, так что всё это добро придётся куда-то сплавить. Но и без скафандра ему никак нельзя. Поэтому надо будет как-то решить этот вопрос, и как можно скорее.
Закончив ревизию гардероба своего предшественника, Эл задумался. Итак, выходит, что у него нет ни тачки, ни скафандра, да и держат его тут фактически за раба: «хочешь жить - паши за хавчик, иначе - вали в шлюз подышать космосом». Он сбежал от Аазора, чтобы получить свободу... Недалеко же он ушёл своим ходом.
Одолеваемый такими мыслями, Эл, как истинный воспитанник вольного наёмника, пришёл к самому логичному для него выводу: раз не дают подобру, надо брать самому. Существенно уступая пиратам физически, он всё же имел одно серьёзное преимущество, которым и решил воспользоваться. Эл был хакером. Именно за эти способности его оставили в живых и приволокли в это бронированное логово. При всех недостатках его текущего положения, пираты будут вынуждены доверить ему свои кибер-системы. Вот тогда и станет ясно, кто здесь кому хозяин.
Не теряя времени даром, Эл вернулся к столу и принялся за дело. Подключившись к внутренней кибер-сети станции - благо, сетевое гнездо имело стандартный разъём, а в таких делах беспроводной связи он предпочитал плотный физический контакт, - он тут же запустил «сверло» - программу подбора паролей и параметров доступа. Пока его программка «сверлила» местную систему защиты, он достал небольшой приборчик и прошёлся с ним по периметру каюты. Как он и ожидал, в стенах было полно скрытых камер и микрофонов. Без сомнения, за ним следили. Что ж, так и должно быть - его персоне уделяли должное внимание. Затем он вернулся назад и небрежно бросил приборчик на край стола, незаметно включив инфракрасный стробирующий фонарик. Балагоры, как и люди, различали цвета в достаточно узком спектральном диапазоне. Более того, их цветовое восприятие было ещё более сужено, как, впрочем, и острота зрения. Но эти недостатки компенсировались наличием восьми глаз. В итоге, даже если его хозяева за ним сейчас и наблюдали, они бы не смогли различить работающий инфракрасный стробоскоп на фоне обычного освещения - наверняка панель визора сейчас отображает то, что приходит с камер видимого спектра. Тем не менее, Эл был уверен, что в его каюте каждая скрытая камера также снабжена инфракрасным оптическим усилителем для наблюдений в темноте. И каждая такая камера сейчас сходит с ума, пытаясь настроить параметры светопередачи, получая яркие спонтанные вспышки его инфракрасного фонарика, работающего с переменной частотой.
«Сверло», тем временем, пробило основные структуры системы защиты кибер-сети и начало «гулять» по ресурсам, выявляя дочерние сетевые структуры и связи. Эл подключился к работе, настроил фильтры и вскоре выявил каналы, передающие информацию из его каюты на терминал удалённого наблюдателя. В этом ему помог инфракрасный фонарик. Информационные каналы камер, расположенных в его каюте, было легко выделить среди прочих по тому, как они «стробили» в сети в ответ на переменную яркость освещения, передавая пакеты информации различного объёма и качества, и получая команды от центрального узла искусственного интеллекта для коррекции параметров работы камер. Элу без труда удалось отследить сетевые связи между своей каютой и тем местом, откуда за ним наблюдали. Затем он сопоставил адреса узлов кибер-сети с планом пиратской базы, который он нашёл на одном из местных сетевых ресурсов, после чего смог понять, где находится его каюта, и какие пути куда ведут.