Когда Клайси повзрослел, ему пришлось, во что бы то ни стало, добывать средства буквально для того, чтобы выжить, ведь родители живут не вечно. Кроме всего прочего, через определённые интервалы времени ему необходимо было менять внутреннюю часть скафандра, а также проводить полную замену жидкости и фильтров в лёгких. Всё это стоит недёшево, и ему пришлось озаботиться тем, чтобы иметь средства для столь дорогостоящих процедур. Но ни скафандр, ни жидкость в лёгких не могли дать полного комфорта. Как только представилась возможность, он переоборудовал свою пилотскую капсулу в огромный резервуар, заполненный физиологическим раствором, подобным тому, что заполняет его лёгкие. Для работы в такой среде также понадобилось и специальное оборудование. Естественно, поиск оборудования не дал результатов, но кое-кто из врачей, лечивших Клайси, однажды пошутил, что с такими проблемами ему надо было родиться на Класту - родной планете Смакту. Клайси часто вспоминал об этой шутке, а спустя какое-то время, устав от своих мучений, наконец, решился на эксперимент. Он и был тем самым счастливчиком, которому удалось увести корабль Смакту и разобрать его на части. Даже сами моллюски наверняка не поняли, кому понадобилось угонять их биотех. В результате, Клайси получил собственную зону комфорта, в которой он мог содрать с себя ненавистный скафандр и дышать без фильтров. Впоследствии он часто задумывался о том, что бы с ним случилось, если бы он потерял этот небольшой пузырь радости?
Итак, Клайси прошёл на борт корабля, вставил в глаза прозрачные эластичные линзы, которые позволяли хорошо видеть внутри жидкости, и забрался в переходную камеру, которая быстро наполнилась физиологическим раствором. Затем он снял с себя скафандр и избавился от фильтров, что было достаточно болезненной процедурой, но позволяло ощутить радость и комфорт свободного дыхания внутри пузыря. Совершенно голый, он открыл проход и вплыл в пилотский отсек. Если бы его сейчас кто-то увидел, то пришёл бы в полный ужас. Тело, начисто лишённое кожи, кровавые мышцы, местами покрытые небольшими гнойниками, жировыми наслоениями и сгустками слизи - по нему можно было преподавать анатомию Балагоров. Кожа присутствовала лишь на кистях рук, ступнях и на голове. Но даже эта кожа была ужасна сама по себе - вся в глубоких морщинах и трещинах, будто глина на дне высохшей лужи посреди знойной пустыни.
Стены камеры, которая служила Клайси пилотской рубкой, внутри были покрыты толстыми мясистыми наростами с глубокими морщинами, словно стенки гигантского желудка огромного зверя. Сама камера была совершенно пустой, если не считать жидкости заполнявшей её полностью снизу доверху. Внутри камеры не было совершенно ни одного предмета, чтобы не повредить оголённую плоть её владельца. Для взаимодействия с системами корабля он использовал ментальные команды, мысленно отдавая приказы и получая визуальные образы непосредственно в мозг. Именно этим объяснялось развитие у Клайси столь феноменальной памяти и телепатических способностей - ему просто пришлось тренировать свой мозг каждую смену на протяжении всей его долгой жизни. Сигналы его мозга усиливал редкий минерал тёмно-зелёного цвета, который был спрятан под мягкой оболочкой, полностью покрывая поверхность рубки снаружи. Этот ментальный усилитель, функционально подобный тем, что использовали Ятагуши во время процедуры «Вращения Шара», позволял ему управлять кораблём лишь с помощью мыслей, не делая ни одного движения телом. Он никогда и никому не позволял заходить внутрь своего корабля, и, естественно, не рассказывал о том, что это за минерал и где он его взял. Клайси предпочитал, чтобы это так и осталось его тайной, потому что тайна эта могла стоить ему жизни.