- Там в дальнем углу есть неплохое пойло. Правда, после него пару смен летать не рекомендуется.
Крепыш глянул в его сторону, и, не переставая жевать, ответил с набитым ртом:
- Ну мне-то всё равно летать не на чем. Разве что во сне. Или есть идеи?
Шрам накидал себе еды, затем достал контейнер с энергетиком, и сел рядом с Крепышом. Отправив небольшую порцию еды в рот, он пожевал, сглотнул, и неспешно ответил:
- Я только что от босса. Он дал нам с тобой три смены на то, чтобы подготовить мой корабль к полётам с напарником - это значит с тобой. Идеи есть. Теперь осталось только немного попотеть.
Крепыш повернулся к своей еде и вновь принялся жевать, не скрывая своего разочарования. Затем он ответил:
- Не, это совсем не интересно. Твоя компания мне, конечно, по душе, но я привык летать один, без всяких напарников.
Шрам театрально вскинул брови и спросил:
- Неужели? А как же наш старичок? Ты его обычно оставлял в баре дожидаться твоего возвращения?
Крепыша будто стукнули под дых. От неожиданности он тут же подавился и слетел со стула. Вскочив на ноги, он начал сильно кашлять, обхватив руками живот. Шрам бесцеремонно хлопнул его по спине, но тот лишь отмахнулся, продолжая кашлять. Затем он схватил со стола контейнер с энергетиком, который Шрам открыл для себя, и залпом осушил половину. Когда кашель отпустил беднягу, тот взглянул на Шрама и спросил:
- Какой ещё старичок? О чём ты?
Шрам скорчил свою самую ехидную ухмылку и спросил в ответ:
- А чего это ты так разнервничался, приятель? Я же ничего такого страшного не сказал. Лишь спросил про твоего старика. Ведь я так понимаю, ту колымагу, на которой мы тебя подобрали - ты её угнал, верно? Вот я и волнуюсь: куда же подевался наш общий знакомый - СТА-РИ-ЧОК? А то знаешь ли, в его возрасте и без помощника будет трудно продолжать своё дело в том же темпе, как прежде. Старички - они ведь такие, нуждаются в наследниках. А те - неблагодарные, - шатаются по Галактике на чужих угнанных колымагах и не парятся заботой о своих благодетелях.
Крепыш постарался взять себя в руки и даже попытался изобразить искреннее недоумение:
- Макабра! Да что за старичок, каман тебя дери?! О чём ты мелешь, приятель?! Ты что не понял? Я летаю сам! САМ! И не знаю никакого старичка! Даже вашего старика Немого ещё в глаза не видел.
- Ладно, приятель, не кипятись. Я не стану тебя принуждать сейчас рассказывать мне все подробности вашего с ним расставания. Лишь знай - ты здорово вляпался, и сейчас тебя ищут по всей Галактике. Именно тебя! И благодари судьбу за то, что мы оказались в том месте и прихватили тебя с собой. Ятагуши уже нашли твоё корыто, и его опознал тот бедолага, которого ты оставил на приколе в системе Рагда.
Крепыш отвёл глаза в сторону, но уже не стал реагировать столь бурно, как прежде. Шрам с удовлетворением отметил про себя, что версия Клайси оказалась-таки верной. Теперь надо было немного спустить напор и дать парню время окончательно запутаться в догадках. Недомолвка - лучшее средство для того, чтобы поставить кого-либо в тупик. Теперь его жертве надо лишь позволить нафантазировать всякого о всемогуществе его новых покровителей, а потом брать его в оборот - совершенно сбитого с толку и неуверенного в себе.
Шрам отправил в рот очередную порцию еды, и затем продолжил:
- Так как у тебя нет ни корабля, ни скафандра, нам придётся какое-то время полетать вместе. Немой приказал оборудовать рабочую капсулу, которая заменит тебе пока скафандр, и позволит делать то, чем ты занимался прежде у старика. Никто уже больше не сомневается в твоих хакерских способностях. Тем более в свете всей этой истории с угоном той колымаги в системе Рагда можешь считать, что мы тебя признали. Но у нас в ангаре не стоят новенькие тачки для каждого, кого мы подбираем в космосе. Сказать по правде, парни в доле обычно летают на своих тачках. А парни без тачек, как правило, не столь круты, чтобы брать их в долю. Но для тебя Немой решил сделать исключение ввиду особых обстоятельств нашей встречи. Так что придётся потерпеть чуток. Заодно и на новую тачку заработаешь. Смекнул?
Крепыш успел вернуться к стойке и продолжил прерванный приём пищи. Он сидел с набитым ртом, уставившись в пустоту, и нервно пережёвывая еду. Затем, проглотив очередную порцию, злобно ответил, продолжая смотреть куда-то вдаль: