– Твой брат?! – У Кайдена встали дыбом волосы на загривке. Вспомнив про собственную сестру, Люсину, он понял, что даже не может представить ничего подобного. Картина просто не укладывалась в голове. – А что король?
– “Дай ему то, что он хочет, устроим помолвку”.
Кайден грязно выругался словами, которые Вивиан от него раньше не слышала.
– Блейр делает это, потому что считает меня недотрогой. Он любит “портить” девушек. Спешит, пока я окончательно не испортилась сама, раз уже даже завела игрушку. Например, Линетта ему никогда не была интересна.
– Если ты покажешь, что “окончательно испортилась” и теперь похожа на Линетту, он потеряет интерес?
– Я не знаю. Кто же может точно предсказать его действия?
Что означает быть похожей на Линетту?
Быть жестокой садисткой.
Кайден прикидывал в голове варианты и торговался сам с собой. Чем он мог пожертвовать ради Вивиан?
Зуб? Одного-двух будет недостаточно, их никто и не заметит. Глаз? Однозначно нет. Кожа?
А.
– У вас есть какое-нибудь клеймо?
– У Линетты было в арсенале. Почему ты спрашиваешь?
– Пусть Блейр думает, что ты выместила на мне свою злость из-за произошедшего. Покажи, что ты стала похожей на Линетту и отыгрываешься на беззащитном.
У Вивиан округлились глаза.
– Я не хочу ничего с тобой делать!
– Но сделаешь. Я не допущу, чтобы повторилась сегодняшняя сцена. Вставай.
Пленник, стараясь не касаться пальцев, придерживал Вивиан за руки, чтобы она могла опереться. Оба поднялись с пола. Кайден неожиданно заключил девушку в объятия.
Вивиан даже не успела вздрогнуть, как поняла, что объятия совсем другие, чем у Блейра.
– Не бойся, плеть и клеймо я выдержу.
Кайден поднял со стула хлыст и протянул его рукоятью вперед. Вивиан инстинктивно взяла предмет, который ей дали, и ошалело посмотрела на него. Пленник стянул рубаху через голову – теперь, без цепи, он мог это сделать – и оперся руками о стену.
– Давай. Я готов.
Вивиан не представляла, что делать. Она смотрела то на хлыст, то на узника.
– Вивиан, я не могу отстегать себя сам. Это слишком неудобно, так что лучше это сделаешь ты.
– Ты серьезно?
– Абсолютно. Давай уже, не тяни.
Несколько секунд ничего не происходило, но затем последовал удар.
– Сильнее. Еще хотя бы раз пять, чтобы смотрелось страшнее.
Кайден переставил руки на стене, встав поудобнее. Он старался не показывать Вивиан, что ему больно. И дело было не в гордости – он не хотел, чтобы девушка думала, что причиняет ему страдания.
Вивиан замахнулась еще раз, и в глазах защипало.
– Нет же, я не могу больше!
– Можешь.
– Тебе же больно!
– Потерплю.
“Ради тебя – потерплю”.
Раздался свист хлыста. Затем еще. И еще. По спине бежали узкие дорожки крови.
– Хватит. Этого достаточно, – дрожащим голосом произнесла Вивиан.
– Теперь неси клеймо.
– Но оно же останется на тебе насовсем…
– Я знаю. В этом весь смысл клейма.
Кайден вычитал из книг, принесенных Вивиан: это стандартная методика пыток. Простые раны заживают, но когда жертва понимает, что ее тело необратимо изменилось, она глубже осознает полный ужас своего положения.
Вивиан закусила губу.
– Ты уверен?
– Считай, что я заранее загадываю тебе желание на проигрыш в карты.
Вивиан ненадолго вышла, оставив дверь приоткрытой. В свое отсутствие фея запирала замок уже не для того, чтобы Кайден не сбежал, а чтобы наоборот к нему никто не зашел.
Девушка вернулась, неся в руках металлический стержень, держа его как можно дальше от себя, словно ядовитую змею. На конце металлической палки дымился и горел оранжевым светом цветок. Пленник сидел на кровати.
– Давай сюда, на грудь, – Кайден указал на место парой дюймов ниже ключицы.
Вивиан сглотнула. Она стояла напротив узника, но все никак не могла двинуть рукой вперед. В итоге Кайден не выдержал и сам дернулся навстречу клейму, закричав от боли. Комнату наполнил нервирующий запах горелой плоти.
Вивиан отбросила на пол клеймо, потянувшись к пленнику. Тот остановил ее рукой.
– Так… – шумно вдыхал и выдыхал через широко открытый рот Кайден. – Вот так. Теперь покажи меня семье в таком состоянии.
***
Вивиан вышивала растительный мотив на платке по просьбе первой королевы. Больные руки никого не беспокоили. Кайден сидел на цепи рядом, наполовину обнаженный, чтобы продемонстрировать свежие раны, и почти физически ощущал на себе жгучий взгляд Блейра.
Пока всё шло по плану.
– Я смотрю, ты научилась строгим воспитательным мерам, – одобрительно кивнула Сельма.