***
Блейр и Ниал вновь отсутствовали, поэтому ужин король проводил в женской компании. Абелайо велел слугам разлить крепленого вина в качестве дижестива.
– У светлых наверняка сегодня будет пышный бал – весеннее равноденствие. Нам же до главного праздника ждать еще полгода, – причитала Сельма.
– Коль уж помолвка сорвалась, нужно придумать другой повод для торжества, – одобрительно кивнул король. – У вас есть идеи?
– Скоро день рождения матушки Гвен, нам стоит организовать подобающий бал, – предложила Вивиан.
– А ведь и правда, – задумался король. – Сельма, Вивиан, займитесь этим. Жду элегантных танцев и обильных возлияний.
– Как скажете, мой король.
– Дочь моя, после трапезы мы направляемся ко мне в кабинет. Обсудим новое поручение. Имперцы совсем распоясались, приходится отправлять всех своих детей на войну. К тому же, у меня есть подарок для тебя.
Вивиан с ужасом пыталась представить, какой подарок может ее ждать, но никак не могла сообразить, что же задумал Абелайо.
– Конечно, отец. Я в предвкушении.
В кабинете на столе лежал пышно украшенный футляр длиной с метр. Вивиан с подозрением нахмурилась.
– Прежде чем мы обсудим поручение, я бы хотел, чтобы ты приняла мой дар. Подойди же.
Фея приблизилась. Король кончиками пальцев, высоко подняв локти, раскрыл футляр, в котором обнаружилась рапира с изящно оформленной драгоценными камнями и цветочными лепестками, растущими у Вивиан в саду, гардой. Вивиан никогда не говорила отцу, что это ее любимый цветок.
Он не забыл. Он всё знает и всё видит.
От этого становилось только больнее.
Король указал дочери на подарок. Вивиан бережно достала рапиру из футляра.
И сделала неожиданный даже для себя резкий выпад.
Абелайо изумленно посмотрел правым глазом в левую сторону. Медленно провел он взглядом по клинку, торчащему из его глазницы. От собственной переносицы, дальше по лезвию и вплоть до руки дочери.
На лице короля медленно расцвела его последняя улыбка. Впервые за долгое время искренняя.
– Моя дочь, – прохрипел Абелайо.
Хаос – его природа. Его кровь и плоть.
Тело короля рухнуло, как мешок с удобрениями.
Вивиан мелко дрожала. Только что она убила четверых фей, которых она знала всю свою жизнь, и едва осознавала, что произошло.
Вытащив глубоко засевшую рапиру из глазницы трупа, она посмотрела на стекающую с лезвия кровь.
Девушка понятия не имела, что чувствует. Снова вспомнив слова Кайдена, она погрузилась в рефлексию.
И нашла ответ.
Вот он, настоящий подарок от того, кто называл себя ее отцом. И Вивиан с благодарностью приняла его.
Блаженная улыбка рассекла лицо темной феи.
Вивиан взяла со стола канделябр с горящими свечами. Сгорит тело сейчас или на похоронах – какая разница?
Вивиан подошла к гобелену с изображением королевской семьи и медленно поднесла подсвечник к собственному портрету. Языки пламени неспешно поползли вверх.
Стоило Вивиан слегка прищуриться и наклонить голову, как огонь резко вспыхнул, спалив гобелен дотла и перекинувшись на шторы и стол.
Так-то лучше.
Вивиан вышла из кабинета и обнаружила себя в коридоре, через который она сюда не заходила. Никого не было видно.
Зато здесь тоже были шторы!
Фея, сжимая в одной руке рапиру, в другой подсвечник, вела языками пламени по ткани и холстам портретов.
Прощай, Гвен. Ты была невыносима. Прощай, Иделла. Мерзкая шлюха. Прощай, Сельма. Жестокая тварь.
Дойдя до портрета матушки Рианны, Вивиан сожгла и его.
Ее ничего здесь не держало. Она прощалась с привычной жизнью.
Вивиан едва смотрела на то, что делает, задумчиво глядя куда-то вдаль и улыбаясь.
Пройдя до конца коридора, фея обернулась.
Гори, гори ясно, неблагой двор!
Вивиан расхохоталась. Пламя от ее смеха разгоралось лишь сильнее, неестественно перекидываясь на деревянные двери. Раздался звон стекла.
Повернув в очередной коридор, Вивиан снова никого не обнаружила. Дворец… слушался ее? Потакал ее капризу?
Да будет так!
Управлять дворцом – королевская прерогатива. Впервые Вивиан ощутила по-настоящему сильное волшебство в своем исполнении и не могла понять, откуда у нее внезапно появилось столько фейской силы.
Еще несколько коридоров. Двери, ткани и картины резво занимались пламенем.
За спиной Вивиан слышала обеспокоенные крики и беготню, но это ее мало волновало.
Сейчас у нее на уме было только одно.
– Кайден! Собирайся, мы уходим.
– Что? Куда?
– Подальше отсюда. Абелайо мертв.
– Что случилось?