Оказавшись в зале, первое, что я вижу — это несколько мониторов, занимающих собой буквально треть пространства. Ноутбук, компьютерный блок, большая светящаяся аудио система. На мониторах какие-то бегущие строчки, которые рассмотреть конечно, я не в состоянии.
— Ого-о-о. Это все твое? — моя челюсть в шоке падает.
Никогда не видела столько компьютеров у одного человека.
— Мое.
— Зачем тебе столько?
— Я же говорил — подрабатываю.
Мы подходим чуть ближе, и света становится больше. Он мягкий и не режет глаза.
Перевожу взгляд на Максима. Одновременно со мной он делает тоже самое, опуская взгляд на меня.
Мы зависаем.
На голове у него беспорядок, на висках волосы выбриты, а к макушке становятся длиннее. Выглядит стильно и очень симпатично.
Не замечаю, как всматриваюсь внимательнее.
У него идеальная линия челюсти, на подбородке ямочка. Широкая бровь насмешливо ползет вверх, а наглющие глаза с не меньшим интересом изучают мое лицо.
— А ты красивая, стесняшка.
От чувственной улыбки в желудке сжимается.
К щекам стремительно приливает краска от собственной любознательности. Это же я также, как и он, рассматриваю его!
Быстро отворачиваюсь.
Положив ладонь на спинку дивана, спешу вперед.
— Ты вывел меня сюда, чтобы оценить мою внешность или помочь сориентироваться в пространстве?
— Совместить приятное с полезным, — хмыкает позади меня.
Наглец.
Сделав шаг вперед, наступаю снова на что-то шуршащее.
— Ты сказал, что убрал, — притормаживаю, опуская голову вниз.
Пустая пачка от сухариков что ли?
— Убрал. Частично. До сюда еще не дошел.
— Максим..
— Я помню-помню. Перенесем уборку на ночь. Раз уж ты в состоянии видеть, вместе нам убирать будет гораздо быстрее, — этот засранец подходит сзади и кладет мне руки на талию.
Мизинцами цепляет бедренные косточки.
Мое сердце дергается и заходится от ощущений.
— Я здесь не мусорила. И вообще, мне противопоказаны нагрузки, — снимаю его руки, потому что ощущается это… чересчур.
Он поднимает пачку и комкает ее в кулаке.
— Здесь грамм десять от силы. Никаких нагрузок.
Сложив руки на груди, возмущенно оборачиваюсь, а ему весело.
— Шучу я. Ты вообще запоминаешь пространство, или только на меня смотришь?
Закатив глаза, отворачиваюсь. Ну что за человек?
Вот только я кажется, действительно смотрю больше на него, чем запоминаю что где располагается.
Так, ближе к делу.
Диван, длинная низкая полка с телевизором у стены, а в другом конце зала островок кухни. Тут рассмотреть, что где стоит не получается, так как света от фонарей не достаточно, а мониторы не настолько яркие, чтобы осветить все пространство.
Но даже так, уже намного лучше. Мой мозг примерно запечатлел что и где, завтра мне будет однозначно легче.
— Спасибо за экскурсию. Пора закругляться.
Разворачиваюсь и неспешно иду обратно. Боюсь наступить еще на что-то.
— А днем тебе совсем нельзя без повязки? — Максим следует за мной.
— Нет. Еще три недели нужно поберечься. Нельзя, чтобы глаза что-то раздражало, или не дай Бог попало в них что-то. Операция слишком дорогостоящая.
Присвистнув, обгоняет меня и смотря мне в лицо, идет задом.
— А если что-то пойдет не так?
— Придется экстренно лечить. Таблетки, уколы. Если пойдет сильное отторжение, нужно будет делать повторную операцию. Я стараюсь об этом не думать и настраиваться на лучшее. Все-таки восемьдесят процентов подобных операций проходит успешно.
Ударившись спиной о косяк, останавливается около моей спальни.
Ведёт меня взглядом.
— То есть шкурку у лягушонки сжигать запрещается?
— Что? — не понимаю сначала, а потом прослеживаю его взгляд, направленный на повязку, лежащую на тумбочке.
Обалдел?
— Если ты пытался сделать комплимент, Максим, то у тебя не получилось.
— Первый нормальный ты проигнорировала.
Прохожу мимо, случайно цепляя плечом его грудь и тут же отшатываюсь.
Кожа взрывается мурашками, а грудь — обидой.
Оборачиваюсь и берусь за дверь.
— Ладно, это была неудачная шутка, — вскидывает примирительно ладони. — Иногда я грешу неуместными репликами.
— Я заметила. Спокойной ночи.
Под оглашающий пульс не слишком вежливо закрываю ее перед его носом.
Лягушонка? То есть я настолько страшная с этой повязкой?
Она тонкая по краям, современная. Больше похожа на небольшие пиратские накладки на глаза, которых не видно за солнцезащитными очками.