— Я пока еще не сплю, — вздрагиваю от его голоса за дверью. — если что надо будет — зови.
Нет уж, спасибо. Как-нибудь сама.
Уж лучше бы совсем не выходила из комнаты, честное слово.
Приложив руку к вибрирующей от слишком частого сердцебиения груди, подхожу к кровати и закапываю глаза.
Надеваю повязку, забираюсь в постель. Из ощущений остается только слух, который улавливает тихие движения в зале и характерный мужской запах, которым пропитан весь воздух.
Обреченно вздыхаю.
Ну вот. Я снова — крот.
Не-ет, ты лягушонка…. Издевательским голосом всплывает в памяти.
Р-р-р-р-р. Иди к черту!
7. Лиза
Морщусь от настойчивой вибрации телефона, ворвавшейся в мой сладкий, умиротворенный сон.
Нехотя выныриваю из него и нащупываю на тумбочке мобильный.
— Да? — прокашливаюсь, потому что выходит хрипло.
— Спишь еще, детка?
Серёжа… Он в отличии от меня звучит бодрым и полным энергии.
— Уже нет. Привет.
— Прости, забыл, что ты любишь поспать до обеда.
— Каникулы для этого и существуют.
— Факт, — слышу, как усмехается, — Я прилетел час назад, нужно уладить кое-какие дела днем, а к вечеру я тебя заберу, сойдет?
— Не спеши. Встретиться можно и завтра.
— Ну какой завтра, Лиз? Я тебя месяц не видел. Соскучился, — повисает пауза, которую мне заполнить нечем. — Не порадуешь тем же? — звучит немного с претензией.
Закусив губу, вздыхаю.
— Конечно, я буду рада тебя видеть, Сереж.
— Ну, пусть так. — хмыкает, — Давай часов в пять я у тебя. Форма одежды свободная.
— Ладно.
Отложив телефон на кровать, тру лицо. Сказать, что я прямо горю желанием встретиться с Сережей — то нет. Он, скорее, любимчик мамы, а не мой. Сын её лучшей подруги. Мы знакомы с детства, но видимся в основном по праздникам, или когда они приезжают к нам погостить летом.
Несколько раз он вытаскивал меня на свидания.
Мама считает, что он положительный, очень умный и, как она выражается, «цепкий». В жизни обязательно зацепится за отличную должность с его-то способностями и знакомствами. Ну а я, по её мнению, должна зацепиться за него. Потому что партия самая, что ни на есть удачная. Красивый, материально обеспеченный, мечта, одним словом.
Вот только проблема — моя собственная цепкость в его адрес хромает.
Присев на кровати, отыскиваю рукой очки.
Сколько там времени уже? Голосовой помощник подсказывает, что почти двенадцать. Моё привычное время для подъема.
Касаюсь ступнями прохладного пола и прежде, чем выйти, привожу волосы в порядок, собрав их в высокий хвост. Пижаму меняю на шорты и майку, и только после этого выхожу в зал.
Шум воды в ванной говорит о том, что Максим принимает душ. Я же направляюсь к кухне.
Пока иду пытаюсь вспомнить где у него стоял чайник. Но хоть убей, не могу припомнить.
Ночью сложно было его разглядеть в темноте.
Чёрт. А мне нужно выпить таблетку. Дома-то я знаю, что где находится, а тут не продумала этот вопрос заранее и не подготовила стакан воды с вечера.
Дойдя до места назначения, рукой ощупываю пространство. Подушечки пальцев скользят по картону. Коробке из-под пиццы, судя по всему. Касаются стекла стакана, который я едва не роняю, потому что стоит он с самого края, небольшой кофемашины и тарелки.
Ну? Хоть бы бутылку какую-то с минералкой найти.
Желание выглянуть из-под повязки каждый раз, когда я оказываюсь в подобной ситуации, очень велико. Казалось бы, посмотрю только секунду и найду то, что мне нужно. Но врач строго настрого запретил это делать, поэтому приходится выкручиваться.
Оборачиваюсь вокруг себя и ступаю к столу. Может там найдется то, что мне нужно.
Выставив руки, чтобы не свалить ничего, делаю шаг, но вместо прохладной плитки под ногой внезапно ощущаю нечто мягкое и пушистое, издающее пронзительный визг в момент, когда моя ступня на него наступает.
Меня передергивает ужасом.
Вздрогнув, отскакиваю, одновременно начиная визжать не меньше пушистой твари. От страха, что это скорее всего мышь, если судить по звуку и размеру, теряюсь в пространстве. Истошно визжа, перескакиваю с ноги на ногу, кручусь на месте, потому что она ведь, наверное, тоже мечется и первое, что сделает с большой вероятностью — это набросится на мои голые ноги. Заразит меня иерсиниозом, тифом и в самом худшем случае бешенством.
А-а-а-а-а.
Поддаваясь панике, цепляю рукой тот злополучный стакан, и он со звоном разбивается прямо у моих ног.
Я застываю. Сердце тяжелыми ударами бьется в ушах. Оглушает. Теперь я не просто слепая, а еще и глухая. Боясь пошевелиться, привстаю на носочки.