Джимми усмехнулся:
- Стив и Мускул сейчас очень удивятся, когда приедут к Голливудскому знаку. Флойда ждет интересный разговорчик, когда они вернутся домой.
- Они смогут сделать лишь один вывод, - сказал Грин, - а именно, что труп Тино обнаружила полиция.
- Или же: что Тино не умер, как они предполагали. Как тебе такая версия?
- Они его там бросили уже после того, как прикончили где-то в другом месте. Никогда не поверю, что они могли его вышвырнуть, если он еще подавал какие-то признаки жизни.
На противоположной стороне улицы престарелые кинопродюсеры в компании полуголых звезд направлялись поглощать диковинные дорогие салаты.
- Сколько лет этим девочкам? - сетовал Джимми.
- Семнадцать? Восемнадцать? - прикинул Грин.
- У меня ботинкам восемнадцать лет, - сказал Джимми, качая головой. Однако тут же вернулся к обсуждаемой теме. - Они не хотели его убивать, продолжал рассуждать он. - Если бы они заполучили ключ, они оставили бы его в живых. Кому бы он пошел жаловаться? Думаю, что они удивились, что у него так мало Ausdaur, то есть выносливости. Знаешь такое слово?
- Не забывай, что я из Голландии, Джим.
- Да, конечно, - сказал он. - Какой у нас план?
- Навестим в понедельник Родни. Покажем ему наши бляхи и войдем в дом. Скажем, что у нас есть вопросы по поводу Тино. И ключ.
- Откуда он у нас?
- Флойд видел сейф - "Гардалл", - наверняка можно раздобыть ключ такой же фирмы.
- А дальше?
- Они перепугаются. Как только мы уйдем, они взорвут сейф. Поскольку, конечно, захотят как можно быстрее смыться.
- Как мы им помешаем?
- Придется караулить дом.
- Целый день сидеть перед дверью?
- Да, если понадобится.
- Неубедительно, - сказал Джимми. - Инспекторы никогда так не делают. Для этого они вызывают патрульную машину и полицейских в униформе.
- Тогда и нам нужно так сделать, - согласился Грин. - Но как?
- Наймем двух молодых парней. И арендуем для них униформы и машину.
- Слишком сложно, - сказал Грин. - Обсудим позже.
- И что потом?
- Потом на сцену выходит Флойд. Он говорит, что я его племянник. Что я рассказал ему о расследовании и что у меня большие долги. Что меня можно купить.
- Они его прибьют.
- Мы будем следить.
- Думаешь, они согласятся на его предложение?
- Он скажет им, что их дом прослушивается. Что у них нет ни малейшего шанса в случае, если начнется судебный процесс.
- А как он об этом узнал?
- От племянника.
- Таким образом, они выберут меньшее из двух зол и подкупят полицейских, - сказал Джимми.
- Да.
Мимо проехал белый "ролс-ройс". Из него вышли три стройные блондинки с большими грудями и на высоких каблуках.
- Боже, - простонал Джимми. - Аж почки сводит.
- В них вложена куча денег. Думаю, что они полностью себя переделали.
- Я не возражаю против небольших пластических коррекций. А как насчет ключа?
- Я заверю их, что ключ находится за семью замками. В главном полицейском управлении. До него уже не добраться. Но мы изготовили копию. Нас можно купить. Мы продажны до мозга костей. Мы не против загнать ключ. И присутствовать при открытии сейфа.
- Сколько мы хотим? - лихорадочно спросил Джимми, блуждая в своих мыслях.
- Полмиллиона на брата.
- Маловато, - сказал он. - Половину.
- Я не хочу воевать с ними, - сказал Грин. - У них тоже должна остаться приличная сумма.
- Мы полицейские! Им некуда деваться! Мы прижали их к стенке!
- Ладно, начнем с половины, - предложил Грин, - а в крайнем случае опустим до полумиллиона на человека.
- В самом крайнем случае.
- Отлично.
- А почему, собственно, меня можно подкупить? - спросил Джимми, с напряжением в голосе, сосредоточено, как будто ему сейчас предстояло выйти на съемочную площадку.
- Ты растерял весь свой пенсионный фонд на биржевых спекуляциях. Через полгода твоей карьере конец, и тебе придется искать другую работу, чтобы оставаться на плаву.
Джимми покачал головой.
- Нет, - сказал он. - Пусть лучше это будет женщина, любовница, которая обходится мне в целое состояние. Здесь больше возможностей.
- Как хочешь, - сказал Грин.
- Мне так легче. Я сыграю эту роль, как никогда еще не играл. Как меня зовут?
- Джимми Ломан.
- А тебя?
- Том Бергман.
- А Флойда?
- Флойда Бенсона они уже знают. Знаменитый актер, который все потерял. Флойд останется Флойдом.
- Если им известно, что Флойд актер, а им это известно, не заподозрят ли они что-то неладное? Что мы тоже, возможно, актеры? - Он озабоченно посмотрел на Грина, осознав подстерегавшую их опасность.
- До тех пор пока они нас не узнают, нам не о чем волноваться.
- Они могут проверить наши фамилии в департаменте полиции Лос-Анджелеса.
- Если бы у них там были контакты, они бы уже давно запросили информацию о Тино.
- Мне нужны очень хорошие усы, - сказал Джимми.
- Надень очки. Линзы так увеличивают твои глаза, что ты похож на жабу, переодетую человеком.
- Всегда приятно слышать, какие ассоциации вызываешь у других, ответил Джимми. - А как мы напали на их след?
- Мы нашли Тино. Отпечатки их пальцев привели нас в Лас-Вегас. В доме Тино мы обнаружили номер телефона Родни.
- Хорошо. Верно, да.
- Чем ты обеспокоен? - спросил Грин.
- Меня беспокоит то, что нам придется договариваться с этими прохвостами. Может, что-нибудь другое придумаем? Мы не можем их арестовать? Отвезем их куда-нибудь, попридержим, а сами в это время очистим сейф. Настоящий, полноценный грабительский трюк. Как ты думаешь?
- А вот и наша счастливая парочка, - сказал Грин.
Бывают такие вечера, когда кажется, что люди и вещи светятся изнутри, что ночь - это всего лишь черная крыша над городом, выдыхающая излишнее тепло и свет солнца после наступления сумерек. Ослепительный желтый "мустанг" сиял при свете луны. Этот вечерний свет обладает такой же магической силой, как и свет калифорнийского солнца.
Родни, низкорослый мужчина, с важным видом вылезал из желтого "мустанга", в то время как лакей открывал дверцу машины. Это был итальянец с порывистыми движениями мачо. Грин увидел рослую фигуру Паулы, одетую в красное обтягивающее платье из латекса. Его Паулы, не Родни. Она, по крайней мере, на голову возвышалась над бандитом, к тому же была на шпильках. Темные волосы были непривычно перевязаны в хвост красной шелковой ленточкой, словно гигантская шоколадная конфета. В ожидании Родни она одернула платье, демонстрируя свою совершенную задницу любопытным мексиканским лакеям. Грин видел, как этот коротышка взял ее за руку и повел внутрь, ступая широкими напряженным шагами. Она была так же красива, как и семь лет назад, и так же вызывающе одета.
Это была Паула. Сохранилось ли еще где-то в ее животе семя Родни от сегодняшней любовной игры, или же они пользовались презервативами - "Троян" или "Дюрекс", - чтобы не обмениваться своими заразными микробами? Грин не обратил на это внимания, когда они, пыхтя и издавая стоны, возбуждали друг друга ("Да, да, здесь, и еще здесь, вот эту точку, пожалуйста"). Паула указывала точный маршрут. Раньше она этого не делала.
В холле "Драис" Родни обратился к одной из встречающих, которая проверила список и кивнула. Они вошли в зал, где стояли накрытые белыми скатертями столы, под которыми престарелые киношники ревматическими пальцами гладили загоревшие ноги своих амбициозных любовниц.
- Поедем обратно? - предложил Джимми.
Грин вышел из машины.
- Что ты задумал? Что ты собираешься делать? - спросил Джимми.
- Сейчас вернусь, - ответил Грин.
Надев солнечные очки, он проскользнул между тормозящими машинами на другую сторону широкой улицы и, присоединившись к группе японцев, вошел в ресторан. В то время как встречающие оживленно беседовали с двумя возмущенными парами, которые, несмотря на своевременное бронирование, томились в ожидании своих столиков, Грин пробрался в зал. Обстановка напоминала английский загородный дом, с кремовой обшивкой стен, широкими диванами и затемненными лампами - дорого и со вкусом.