– Ты будешь носить фуражку? – спросил Джимми.
Грин еще не до конца осознал того, что его ждет. Черный костюм и водительская фуражка.
– Джимми, оставь парня в покое. Сейчас пока поедем ко мне, – сказал Бенсон. – Поужинаем и послушаем, о чем говорят на Уитли-Хейтс. Все равно делать нам больше нечего.
ШЕСТНАДЦАТЬ
Частоту, которую выбрал Бенсон, невозможно было защитить от прослушивания – любой радиолюбитель мог на нее настроиться и следить за тем, что происходит в доме Родни.
Нанизывая на палочки брокколи, креветки и кусочки горячей курицы из тайских мисочек, актеры с любопытством слушали, о чем велась речь в бывшем особняке Жан Хэрлоу.
Сидя за столом с тайской едой на кухне у Бенсона, они слышали, как там тоже кто-то принес заказ из тайского ресторана. Из приемника доносились пространные неопределенные звуки. В гостиной и в рабочем кабинете Родни Бенсон установил крошечные, но чрезвычайно чувствительные микрофоны. Техническое качество радиопьесы не отвечало нормам трансляции, однако голоса – их было трое – звучали отчетливо.
Бенсон пояснил, кто есть кто.
У Родни был громкий, низкий, вязкий голос – американский эквивалент языка, на котором говорят в амстердамском районе Йордан.
Родни: «Тунец есть?» Голос Мускула звучал тоньше, почти по-мальчишески, хотя, по мнению Бенсона, за ним недаром закрепилась эта кличка.
Мускул: «Свежайший. Зажаренный на гриле».
Родни: «Хорошо прожаренный?»
Мускул: «По-моему, да».
Родни: «Терпеть не могу, когда он сырой. Я люблю хорошо прожаренный».
Непонятный шум, звуки открывающихся пластиковых пакетов и баночек.
Родни: «А у тебя что за месиво?» У Стива был нейтральный голос, без какого-либо ярко выраженного акцента.
Стив: «Это морские водоросли с кунжутом и рыбой-ежом. Самая здоровая пища, какую только можно придумать».
Открыли следующую мисочку.
Родни: «Вот дерьмо. Смотри. Непрожаренный. Ты когда-нибудь видел, чтобы я ел сырую рыбу?» Мускул: «Ее так положено есть, Родни».
Родни: «Меня это не волнует. Я не япошка».
Мускул: «Япошка мне это продал. Хочешь, чтобы я дожарил?» Родни: «Слушай, ты хоть иногда шевели мозгами. Ты когда-нибудь видел, чтобы я ел сырую рыбу?» Мускул: «Понятия не имею».
Родни: «Ответ: нет!» Мускул: «Я не всегда смотрю, что у тебя на тарелке».
Родни: «Пришло время это делать».
Стив: «А что у тебя?»
Мускул: «Темпура».
Стив: «Рыбная?»
Мускул: «Нет, овощная».
Стив: «А там что?» Мускул: «Суши. Калифорнийские. С икрой».
Тайская еда на столе Флойда Бенсона заметно проигрывала на фоне блюд, поглощаемых гангстерами.
– На питании они явно не экономят, – отметил Джимми Кейдж.
Чувствительные микрофоны улавливали даже чавканье, которым мошенники сопровождали трапезу.
Мускул: «Кто-нибудь хочет диетической колы?» Родни: «Нет, я выпью пива».
Мускул: «Я еще купил саке».
Стив сказал, что пойдет подогреет саке в микроволновой печи.
Шаги на деревянном полу, затем на кухонном кафеле.
Мускул прокричал ему вслед, что металлическое колечко на крышке бутылки нельзя ставить в микроволновку.
Мускул: «Ну как?» Оставшись наедине с Родни, он интересовался его мнением по поводу японской еды.
Родни: «Тунец непрожаренный».
Мускул: «Но для разнообразия…»
Родни: «Мне не нужно разнообразие».
– Пострясающе содержательная беседа, – прокомментировал Джимми Кейдж.
– Наберись терпения, – спокойно произнес Бенсон.
Пока на кухне сигналила микроволновая печь, в одной из комнат зазвонил телефон.
Стив: «У тебя есть глиняный кувшинчик?» Родни (огрызаясь): «Я разговариваю по телефону!» И уже другим тоном: «Отлично. Откуда? Что-о?!» Сейчас он звучал так же грубо, как и секунду назад со Стивом.
Родни: «Ты ополоумел? Мне не нужна ворованная машина! Все должно быть чисто! Ты думаешь, что имеешь дело с недоразвитым? Пошевели мозгами, прежде чем мне звонить! Можешь меня побеспокоить, только когда найдешь „чистую“. Не раньше».
Он с остервенением бросил трубку.
«Эта скотина хочет продать мне ворованную счетную машинку! Украденную из банка! О чем он только думает? Он же может просто зайти в любой магазин и купить».
Мускул: «Ими торгуют, как правило, специализированные магазины. Такие вещи покупают только банки. Как частное лицо ты вызовешь подозрение».
Из кухни вернулся Стив.
Стив: «Родни, у тебя есть глиняный кувшин?» Родни: «Кувшин? Зачем?» Стив: «Для саке».
Родни: «Оно же в бутылке».
Стив: «Ее пьют из маленьких глиняных рюмочек и при этом наливают из глиняного кувшинчика. Так вкуснее всего».
Родни: «Возьми обычный стакан. Ты же вино и пиво тоже пьешь из обычных стаканов».
Стив: «Это японский напиток. Это другое».
Родни: «Слушай, я не держу в доме такого дерьма. И оставь меня в покое. У меня сейчас голова занята другим».
Бенсон приглушил звук приемника:
– Я видел у них какую-то счетную машину. Очевидно, она сломалась.
– Почему они не считают вручную? – спросил Джимми.
– Слишком много денег. Их можно пересчитать только автоматически, – ответил Бенсон.
Грин спросил Бенсона, есть ли у него магнитофон.
– У меня еще остался старый катушечный «Ревокс».