При этих словах оба, не сговариваясь, со скептическим выражением лиц дружно покосились на мой небольшой самолёт. Пришлось их тут же заверить, что это всего лишь экспериментальный образец, опытная машина, на основе лётных испытаний которой будут производиться все выше сказанные модели — истребители и бомбардировщики, транспортники и пассажирские машины. В общем, заболтал я генералов, поразил умными специфическими терминами, мигом сбил скепсис и заставил к себе относиться более серьёзно. И с явно читаемым уважением в заинтересованных взглядах.
— Так вы, князь, утверждаете, что ваш самолёт по всем параметрам лучше иностранных? Довольно смелое заявление, не находите?
— Конечно, лучше, — лёгкая еле заметная улыбка тронула мои губы. — Если сомневаетесь, предлагаю вместе со мной подняться в небо и сравнить, так ли это на самом деле? Уверяю, при этом вы ничем не рискуете!
И предложил я это при всём скоплении народа. Слышали моё предложение многие, даже градоначальник, который тут же принялся отговаривать высокопоставленных гостей от столь авантюрного поступка. Наверное, именно это и послужило причиной принять моё приглашение.
— Что же, не откажусь! Показывайте, как в эту вашу небесную коляску садиться? — подкрутил пышный седой ус первый из генералов и покосился на стоящих рядом дам. Оценят ли? Те оценили, тут же восхищенно защебетали, какая-то молоденькая девчушка примерно моего возраста даже в ладошки захлопала:
— Господа, господа, отдадим должное смелости и мужеству его высокопревосходительства!
Ага, угадал я со званием, не ошибся! И это хорошо, наверняка в копилку плюсом ляжет. Теперь бы слетать без помарок, не ударить в грязь лицом перед высоким гостем. Кстати, как хоть зовут этого высокого гостя? Что-то так никто нас и не представил друг другу. Понятно, чё. Пусть я и княжич, но для генералов пока ещё никто. Пшик!
Попросил выделить мне в помощь несколько крепких мужчин, подозвал Паньшина. Градоначальник явно удивился, когда увидел меня за командованием. Наверняка в этот миг у него мировоззрение поменялось. Он-то думал, что тут Паньшин всем заправляет, а оказалось вон как!
Ну да мне сейчас не до того было, чтобы на этот счёт переживать и волноваться. Меня больше заботил тот факт, что нужно собравшихся зевак разогнать, освободить полосу для взлёта! Проинструктировал выделенных мне в помощь офицеров. Оба адъютанта здесь, ещё и от свиты градоначальника кого-то прислали. Наверняка для разведки, чтобы в курсе всего быть.
С Паньшиным процесс запуска обговорили, дальше попросил его с приставом поговорить, насчёт освобождения дороги озаботиться. Будем разбегаться, и не дай Бог кто-то на нашем пути окажется. Затормозить и обрулить никак не получится. Ему же тоже жертвы не нужны? Вот и пускай старается!
Попросил генерала немного подождать, пока полиция с пожарными будут просьбу мою выполнять. Генералу такая задержка явно не по душе пришлась, он тут же поинтересовался язвительно, в чём именно дело? Наверняка думал, что я сдрейфил и на попятную пошёл. Рассказал, мне не трудно. Зато офицер тут же через адъютанта распорядился выделить военных для этого дела! Единственное, уточнил, как далеко нужно оцепление выставлять?
Ответил и с удивлением огляделся — откуда здесь военные возьмутся? Нескольких офицеров среди собравшихся точно наблюдаю, но этого явно мало! Впрочем, это армия, а армия трудностей не боится, она их преодолевает!
Так и тут, адъютант куда-то испарился, минута, другая, и среди не очень поторапливающихся полицейских и пожарных начали очень быстро вдоль дороги появляться люди в форме. И полоса с каждой минутой всё более очищалась от зевак.
Подошёл к Паньшину:
— Александр Карлович, не соблаговолите ли одолжить свою куртку его высокопревосходительству? Продрогнет ведь генерал в своём лёгком мундире.
— Конечно! — адвокат сразу же выполнил мою пустяковую просьбу и лично передал курку в руки генералу.
— Это ещё что такое? — удивился тот и отказался. — Это ни к чему!
— Там, наверху, будет холоднее, чем здесь. Опять же ветерок порой в кабину задувает. Озябнете, — попытался объяснить.
— Ничего, не озябну, — тем же категоричным тоном отказался от куртки генерал. — Я зимой шинель и то лишь в лютые морозы надеваю!
Хозяин — барин…
Лично усадил генерала в кабину, отмёл в сторону попытки адъютанта подсуетиться, застегнул ремни, одёрнул сюртук, чем явно заработал плюсик в генеральских глазах. Хлопать дверкой не стал, прикрыл её аккуратно, надавил до щелчка и побежал занимать своё место в кабине.