Но всё хорошее имеет свойство быстро заканчиваться — вот мы уже и над Большой Невкой оказались…
Встряхнулся, отбрасывая прочь лишние сейчас впечатления о городе. Что впереди?
Чуть левее конюшен начинаются крытые трибуны для зрителей. Центральная трёхэтажная, вся в развевающихся флагах и транспарантах. А что это значит, когда флаги развеваются? Правильно — ветер! Ну хоть с ним точно определился.
А ещё вижу большие вышки, только для чего они, пока не понимаю. Да и не до этого мне сейчас, чтобы ещё над всякой подобной ерундой задумываться. Справа от бегового поля лес, но нам он мешать не будет. Я недаром назвал этот ипподром огромным, здесь можно и поперёк поля взлетать, прямо на лес, и он не помешает. А уж если вдоль, то и говорить нечего. Там, на противоположной стороне за беговыми дорожками ещё какое-то здание среди деревьев виднеется, а дальше мне уже не до любопытства стало, пришла пора о посадке думать!
На подходе опешил — издалека видно, что на трибунах свободного места нет. И перед трибунами просто столпотворение, по другому никак не скажешь. Разноцветье одежды и платьев такое, что издалека всё это одним большим цветочным ковром выглядит.
— Николай Дмитриевич, вы это видите? — кричит мне Паньшин и даже подпрыгивает на своём сиденье от возбуждения.
Да, кажется, что здесь вся столица собралась. А потом воздал должное организаторам перелёта. Они учли допущенные в Пскове ошибки и даже мачту с полосатым чулком поставили! Просто разноцветных праздничных флагов здесь столько, что я колдуна только сейчас заметил. Подлетели ближе, так ещё и дым показался, вообще прекрасно стало ветер определять. Задувает не вдоль и не поперёк, а так, серединка на половинку. И по относу дыма понятно, что силы в нём немного.
Снизился метров до тридцати, чтобы чуть выше трибун и башенок лететь, пошёл над ипподромом.
— Вам нужно сесть прямо перед центральной трибуной, перед царской ложей! — кричит мне в ухо Паньшин.
— Так и сделаю! — морщусь от его пронзительного голоса.
А то я не понимаю, что именно на главной трибуне сейчас весь цвет столичного общества присутствует.
И садиться сходу не буду, сначала круг почёта над ипподромом сделаю, собравшихся людей порадую, крыльями им помашу, поздороваюсь таким образом. Высота небольшая, им всё отлично видно будет. Да они даже меня в кабине прекрасно разглядеть смогут!
Выполнил всё, что задумал — народу внизу нравится, а мне самому скучно стало от такой простоты. Нет, так дело не пойдёт! За всё это время с лётными возможностями и ограничениями своего самолёта хорошо разобрался, отлично представляю, что на нём можно сделать, какие простые фигуры пилотажа выполнить. Точнее, не фигуры, а маневрирование. Называть фигурами пилотажа их жалкое подобие язык не поворачивается. Так что пусть пока будет маневрирование. А когда-нибудь и до настоящих фигур дело дойдёт!
Значит, что получается — буду крутить? Обязательно! Можно и нужно порадовать собравшуюся на ипподроме публику и всех находящихся в ложе. А вдруг там сам Государь? Ему ведь тоже ничто человеческое не чуждо? Всем вам представление нужно? Шоу? Именно ради этого сюда пришли? Вот и будет вам сейчас шоу…
Заложил вираж прямо над беговым полем напротив трибун, потом горку сделал, набрал метров двадцать…
Моторчик слабенький, увлекаться набором с такой вертикальной никак нельзя! Если затяну, то хвостом вниз так до самой земли и пойду…
Перевёл самолёт в горизонтальный полёт, рычаг управления мотором на себя потянул. Скорость и так уменьшилась в наборе высоты, а теперь прямо спинным мозгом ощущаю, как она катастрофически падает.
Отдал ручку от себя, да и вниз нырнул. И плавненько вывел самолёт у самой земли, на выводе обороты до максимальных добавил. И тут же перевёл машину в набор с креном, пока скорость позволяет, пока разогнался. Пришлось активно педалями работать, иначе точно не справился бы. Зато как красиво получилось, зрители на трибуне даже на ноги повскакивали. Уверен, никто ещё ничего подобного по своей воле на самолётах не выполнял!
Кстати, самолётом только я своё изделие называю. И кое-кто из моего близкого окружения ещё перенял от меня это название. Все остальные любой летательный аппарат с мотором аэропланом кличут…
Выход из набора и перевод машины в горизонтальный полёт! Диапазон высот при маневрировании небольшой, всё в пределах полсотни метров. Убираю крен, лечу в горизонте, разгоняюсь и разворачиваюсь на трибуны, прямо на центральную ложу. Иду под небольшим к ней углом из-за ветра и никуда не отворачиваю… Не отворачиваю…