— Не подведу, — постарался ответить уверенно и твёрдо.
Интересно, что это ещё за дела, которых предстоит «очень много»? А то, что нам выделят уже готовое помещение на территории завода, это и лучше, и хуже. Ладно, разберёмся…
Глава 16
Проводил взглядом выходящего из моей палаты императора. Вздохнул при виде закрывшейся за ним двери — наконец-то завершился и этот визит. Вот вроде бы и честь особая мне оказана, и со всех сторон одни плюсы, а я устал, как собака. От напряжения и необходимости следить за каждым своим словом.
Вздохнул и поперхнулся. Рано я радовался — дверь снова приоткрылась! Неужели опять Жуковский? Или вернулся государь? Не договорил, что ли?
Напрягся, собрался, приготовился к продолжению разговора, а в образовавшийся дверной проём давешний адъютант заглянул. Осмотрел палату, так понимаю, на предмет оставленных вещей, в последнюю очередь в мою сторону глянул. Как на пустое место посмотрел, право слово. И скрылся. А дверь так и оставил приоткрытой. Сквозняк же! Ну не гадёныш ли?
Расслабляться не стоит, лучше сейчас тщательно проанализировать весь наш разговор с императором.
Но первым делом не удержался всё-таки, весело хмыкнул. Это как так, «не залёживайся, а поправляйся скорее»? Да я как бы и так стараюсь изо всех сил в норму прийти. А для этого мне как раз и нужно отлежаться, а не тревожить попусту раны. Ещё швы разойдутся…
Но да ладно, это я так, для виду бурчу. Теперь о главном. Землю нам под предприятие не дадут, это, конечно, плохо. На чужой земле мы не хозяевами будем, а арендаторами. И с арендаторами можно будет делать всё, что угодно. Выгнать, например, сославшись на какие-нибудь «вновь открывшиеся условия». Непреодолимые, конечно же. Ну, после того, как мы дело наладим и начнём выпускать продукцию. Как этого избежать? Нужно подумать. Опять же, не тороплюсь ли я с выводами? Ведь пока конкретных условий не узнаю, предположения о самом плохом строить рано. Но и не учитывать их нельзя. Это минусы. Не все, но основные.
Из плюсов тут то, что помещения уже готовые, электрифицированные. Станочный парк имеется с квалифицированными специалистами, с материалами проще будет. Если, конечно, договор правильно составим.
И ещё один важный момент. Явно на заводе кто-то должен будет за нами присматривать. Без пригляда точно не оставят. Уверен, что именно потому нам и дают помещение…
Лежу, пальцами левой руки машинально крестик нагрудный тереблю и размышляю, что дальше делать. Вопрос принимать или нет предложение императора тут не стои́т. Дело уже решённое, обратную включишь, мало не покажется. Можно, конечно, спустить всё на тормозах, но это мне самому не нужно и не интересно. Выход тогда какой? Самый простой — параллельно всё-таки исхитриться и изыскать возможность приобрести что-то своё. Но, не сразу, а чуть позже, когда всё успокоится, и когда производство пойдёт.
Что же касается предложения Жуковского, то и тут мимо. Вроде бы как и заманчивое оно, но если задуматься, то подводных камней в нём столько, что можно по воде аки посуху идти. Какие камни? Начнём с того, что знания у меня специфические, в основном полностью относящиеся к моей лётной профессии. Да, в этом здесь мне ещё долго равных не будет, и именно на этом я и строю своё дальнейшее процветание, продвижение и благополучие. Во всём остальном же у меня проколы. И в университете быстро разберутся, что соответствующей начальной учебной базы у меня попросту нет.
Да, именно что нет. Сколько бы я ни старался учить, а то и дело попадаю впросак на пустяшных мелочах. Вот один из примеров — тормозные колодки собрался подарить человечеству. А они здесь уже есть! Хорошо, что Паньшин меня остудил. Поэтому с изобретениями нужно быть очень осторожным. Иначе запросто можно посмешищем стать. Что ещё? Выказывать знания будущего? Начнём с того, что можно столкнуться с полнейшим непониманием, да ещё и запросто могут поставить клеймо сумасшедшего фантазёра, записать в шарлатаны. И тогда всё, ставь крест на своих планах. Потому что доказательной базы у меня ноль!
Нет, ни в какую Москву я не поеду и ни в какой университет поступать не стану. Оставил крестик в покое, спрятал его под нательную рубаху. Поправил пижаму на груди, покосился на съехавший набок Георгиевский крест, улыбнулся сам себе. Раз Государь имеет на меня большие планы, то мне и здесь будет неплохо…