— Остановись, — моё дыхание сбилось, — пожалуйста.
— Почему? Ты же хочешь меня, — выдохнул он мне в губы, — я это чувствую.
В тот же миг Хол прижался ко мне бёдрами, демонстрируя своё возбуждение.
— Скажи, только честно, а что ты чувствуешь ко мне? — спросила я, вдруг вспомнив откровения кошки. Не знаю, было ли для шеатаром это зовом сердца, но его плоть точно меня хотела и ещё как! Я не была наивной девочкой, лапшу на уши навешать и сама могла, хотя и не любила это делать. Только этот вопрос в случае с оборотнем являлся своеобразным тестом.
— Женщины любят ушами? — поинтересовался он, тёплое дыхание пощекотало мою шею. Вот чувствую, улыбается хвостатый!
— Вроде того, — отозвалась я. Тоже мне знаток женщин! И скомандовала, — начинай!
— К тебе…. — Холгер тяжело вздохнул и с явным сожалением отстранился от меня. Затем бросил жадный взгляд на мою оголившуюся ногу и живот. Я уже хотела было прикрыть съехавшим одеялом всё то, что отвлекало Лейфа от рассказа, но не стала. Да, немного играла, но исключительно в мирных целях, направленных на благо меня. Да и ответ на вопрос, что он ко мне чувствует, что скрывать, сильно меня волновал. «Ревность» в его исполнении я сегодня видела. Но она была неагрессивной, такой, я бы сказала, выводящей соперника на чистую воду. Просто оставил на место сильно размечтавшегося Алена. Так, гоняли два кота мышку, развлекались, в общем. Но что в действительности происходило в душе оборотня, я не знала. Вон озабоченный и предприимчивый рас сегодня замуж позвал, однако коробочка оказалась с двойным дном. При воспоминании о Дюране и его хитрозадом плане я едва не поморщилась. А что таится под невозмутимостью шеатара?
Оборотень с ответом не торопился.
— Чего молчишь? Не хочешь говорить? — я скривилась. — Не переживай. Дюран желает секса, зовёт меня замуж и ему плевать, что это фикция. Ты тоже думаешь о постели и проникаешь в каюту непонятным мне способом. И вот вопрос, — прищурилась, игнорируя синие молнии, которые уже метал в мою сторону шеатар, — чем же вы отличаетесь?
— Не смей сравнивать меня с Аленом! — приглушённо прорычал Лейф.
— Да что ты! — не унималась я. А потом рывком встала, чтобы направиться в ванную и там спокойно одеться в купленный на Глизе ядовито-салатовый халатик с крупными махрушками. Сама себе я в нём напоминала гусеницу. Однако вещь была необычайно мягкая и удобная, потому-то я её и приобрела.
— Постой! — рявкнул Холгер, ухватив меня за майку. Да так, что лямки затрещали. Я же, естественно не выдержала его напора. Упала, приземлившись спиной на собственную постель. Возмутиться не успела, потому что в ту же секунду надо мной навис шеатар, — я не рас! Запомни это!
Пораженная реакцией и поведением оборотня, я во все глаза смотрела на этого мужчину. Маньячина как есть!
— Мне начинать тебя бояться? — я поджала губы, пытаясь скрыть свой страх. И в то же время ощущала горячие ладони, прижавшиеся к моему телу, руки, удерживающие меня от повторной попытки сбежать. Но, надо признать, держал он меня крепко, а как-то странно… Бережно, что ли?
— Меня? — удивление, промелькнувшее в синих глазах, очень быстро сменилось пониманием, — никогда, никогда не бойся меня! Я последний, кого тебе следует опасаться.
Свои слова он произнёс, наклонившись надо мной. А я инстинктивно выставила руки, чтобы оттолкнуть, не дать поцеловать себя. Но шеатар даже не почувствовал моего сопротивления. Склонился, прикоснувшись своим лбом к моему лбу и произнёс, выделяя каждое слово:
— Я и сам не понимаю, почему ты вдруг стала для меня кем-то особенным. Знаешь, — тут Хол невесело усмехнулся, — никогда не думал, что так отреагирую именно на человечку.
— Как? Почему? — затаив дыхание спросила я. В этот момент мне ужасно захотелось освободить из захвата оборотня хотя бы одну руку. Что я и сделала. Осторожно подняла её, коснувшись нахмуренного лба ирбиса, пытаясь пальцем разгладить пролёгшую между бровей складку, — разве люди хуже, чем вы? Или это позор, испытывать влечение ко мне?
Я понимала, что говорила не самые приятные слова. И иной раз следовало бы промолчать. Но хотелось сразу прояснить ситуацию. Мы разные. И между нами происходит что-то, не всегда поддающееся самому обычному определению. Вот, например, иногда мне кажется, что, даже не видя рядом с собой шеатара, я совершенно точно знаю, где он находится. Реагируют на него, как радар. Вполне допускаю, что всё это вымысел чистой воды, придуманная мной ситуация. Но уже неоднократно ловила себя на этих предвкушениях его появления. И он действительно входил в помещения! А как расценивать то и дело повторяющиеся сны, в которых, как мне кажется, Холгер безотрывно смотрит на меня, бежит навстречу, но не может приблизиться? Конечно, объятия Морфея состояние весьма специфичное и до сих пор учёные бьются над разгадкой некоторых пророчеств, пришедших к нам через сонный мир. Но это не суть. Гораздо важнее, что сейчас происходит между нами. Любит ли меня шеатар? А впрочем, последнее вряд ли возможно. Мы слишком мало знакомы. И мы с ним такие разные…