В один из январских вечеров муж складывал в сумки и коробки вещи, я разбирала холодильник. Наутро в дом должны были зайти сразу две бригады, строителей и отделочников. Им предстояло работать на месте уже снесенной и вывезенной части старого дома, завершая стройку. И, в соответствии с проектом, навести красоту во всем здании. Сроки были невероятно сжатыми, хозяин строительной фирмы и прораб хмурыми, муж энергичен и придирчив, а я растеряна и раздражена. Не потому, что на время стройки переезжаем в мою однушку, где всего за неделю заменили проводку, натянули потолки и переклеили обои, нет!
- Алекс, все понимаю: ты хотел как лучше, - еле сдерживая раздражение, выговаривала я мужу. – Допустим, рулон обоев мне заранее показали, спасибо. А куда ты холодильник дел?
- Да всегда пожалуйста, - хохотнул муж в своей излюбленной манере. – Тот холодильник на складе, где вся мебель из старого дома. А этот компактный, с ним мы хоть на крохотной кухне попами постоянно биться не будем. Новенький, кстати.
Молча швыряю в коробку очередной контейнер из морозилки. Муж в задумчивости чешет бровь указательным пальцем.
- А скажи-ка, Оля, ты ведь из-за матраса дуешься? Так он точно такой же, только новый.
- Ты думал, я не замечу? Ага, как же! Соседка столько «спасиб» наговорила, что ей почти новый матрас достался, его рабочие даже до помойки дотащить не успели.
- Хотел купить матрас – и купил. Новый, - муж выделил это слово интонацией, чмокнул меня в щеку, одновременно доставая из кармана зазвеневший телефон.
- Хорошо, давай я тебя сейчас с планшета наберу, видео включу, а то соскучился, - промурлыкал он в трубку собеседнице.
И, отбив вызов, бросил в мою сторону:
- Это Кристя, я с ней из кабинета по скайпу поговорю.
А через пару минут я проходила мимо «кабинета» - на самом деле, это была все та же комната, где стояла кровать и висела на открытой металлической вешалке наша одежда. И не удержалась, заглянула в приоткрытую дверь. Муж сидел за столом в наушниках и с воодушевлением общался с кем-то по ту сторону планшета, прикрепленного к вертикальной подставке. Слышать его собеседницу я не могла, но это была ярко, даже вульгарно накрашенная блондинка в круглых солнечных очках и объемном мохеровом свитере. Она стояла на фоне здания из красного кирпича и придерживала раздуваемые ветром волосы.
- Одевайся теплее, заинька моя, - ворковал Алексей, - не выскакивай на улицу раздетая.
Я тихонько прикрыла дверь и пошла на кухню. Я, значит, у него заюшка, а она заинька? Как-то накрашенная блондинка не похожа на Кристину – худенького подростка с мышиными хвостиками.
И я… промолчала. Не задала мужу ни одного вопроса, когда он вышел из комнаты с очередным пакетом. Вообще старалась вести себя, как ни в чем не бывало, и даже про «бывший в употреблении» матрас разговора не заводила. Прекрасно понимала, отчего так сложилась судьба комфортного изделия известной фирмы. Месяц назад, благодаря грубой демонстрации бывшим наших отношений при малознакомом докторе, было невероятно стыдно. А теперь – обидно. И грызло чувство, что от меня снова что-то скрывают.
- Оля, не дури, - воспитывала меня Ленка, с которой я по громкой связи проболтала больше часа, пока раскладывала по полкам вещи, привезенные в город. – Твой муж вообще молоток, тебе даже в квартире после ремонта мыть ничего не пришлось, клининг вызвал. А я вот прямо как Золушка: на работе кручусь, во всех комнатах служебки порядок навожу. Только вокруг ни одного принца, сплошные придурки. Не морочь своему Зайцеву голову: если приревновала, так прямо и спроси, что там за блондинкО. Ну, или просто ему верь, говорит – дочка, значит дочка.
- Ну да, только у этой «дочки» локоны, как у молодой Шерон Стоун. И помада красная.
- Девочки, знаешь ли, нынче такие пошли: думаешь, далеко за двадцать, а ей только-только паспорт выдали. На прошлой неделе у конкурентов опять скандал был, пивасик пацанам продали. Видела бы ты, Оля, тех малолеток, мордовороты просто!
У Ленки жизнь кипит: она получила должность в головном офисе, на которую генеральный прочил меня. И теперь она меж двух огней: подчиненные пока не очень видят в ней начальницу, а руководство, обжегшись на скандале с Западным филиалом, резко закрутило гайки.
- Знаешь, непонятно, как все ухитрились это воровство прошляпить, - недоумевает Ленка. - Западный филиал, вроде, выглядел не сильно хуже остальных. Так, мелкие косяки: то сроки нарушат по отчетности, то счетные ошибки глупые какие-то. А все потому, что текучка высокая. Не держались там люди. Эйчары руками разводят: вроде, и ребят хороших подбирали, да они увольнялись скоро, а оставались те, что звезд с неба не хватают. Зато теперь у нас тотальная подозрительность и проверки с перепроверками. Собеседования с психологом, трениги, тесты. Безопасники по каким-то своим связям собирают информацию о каждом новичке. Наверно, и стажистов тоже проверяют, да кто нам расскажет…