– Не уходи, пожалуйста, не убегай, я больше не буду тебя нигде держать, только не бросай меня сейчас, – полушепотом говорил ты, когда я опустилась на колени рядом с тобой.
Твой взгляд был такой туманный, словно ты сам не понимал, что происходит. Ты протянул ко мне руку, но я отодвинулась, раздирая колени об асфальт, но даже не чувствуя этого от страха.
– Что с тобой? – спросила я, не веря в твою боль.
Однажды я уже повелась на твои игры, светлые глаза, тихий голос. Сложно поверить в то, что кто-то вроде тебя способен на то, что сделал ты. И самое главное – я до сих пор не знаю зачем.
Как же тебе повезло, что мимо нас проходило двое японцев, которые тут же подбежали к тебе и вызвали скорую. К тому моменту ты уже был без сознания. Я не могла разобрать, что они говорили, поскольку знала лишь основные выражения. Так глупо. Чувствовала себя такой беспомощной и потерянной. Когда приехали врачи, они чуть ли не под руки потащили меня за тобой, решив, что мы близкие друг другу люди, и я должна быть рядом. Одна из санитарок сняла с себя медицинскую маску, чтобы на ломанном английском объяснить мне, что ситуация очень серьезная. Пожалуй, это все, что она смогла сказать перед тем, как они надели на тебя кислородную маску.
Только тогда ко мне пришло осознание того, что случившееся – не твои игры и манипуляции. Ты умираешь.
Они суетились и эмоционально обсуждали что-то на своем языке. Я сидела скованная и потерянная, стараясь внимательно слушать то, чего не способна понять.
А спустя два часа, в реанимации, ко мне подошла ассистент доктора, владеющая разговорным английским, и открыла ту самую тайну, которую ты все время от меня скрывал.
Конец сезона дождей
梅雨の終わり
Мирай
Этот дождь пах небом. Вода стекала по асфальту в водостоки, унося с собой лепестки умирающей сакуры. Карпы медитировали в пруду, чуть высунувшись из воды, а где-то вдалеке был слышен раскат грома. Все как в первый день нашей встречи.
Мы снова сидели в парке во время дождя, все в той же беседке. Опять молчали. Я рисовала, изредка подглядывая на небоскребы Shinjuku, виднеющиеся из-за высоких деревьев. Ты стянул с лица маску и продолжил играть на флейте. Я старалась не смотреть в твою сторону. Прямо как в те дни, когда мы еще стеснялись заговорить друг с другом.
Ты встал и ушел, натянув на голову капюшон. Я не сказала тебе ни слова. Не попыталась остановить, окликнуть. Со стороны я выглядела злой. Злой и надменной. Я просто продолжала рисовать. Словно мы никогда не были знакомы. Случайные люди, которые просто пережидали дождь, но на самом деле пришедшие в поисках уединения и покоя.
Я осталась одна.
Но это была лишь репетиция ухода, потому что ты вернулся спустя десять минут. Купил нам персиковую газировку и шоколад, поставил их около меня и снова сел на свое место, обняв колени.
Я открыла банку и развернула шоколад, по привычке разламывая его на маленькие кусочки. Даже не сказала тебе «спасибо». Не глядя в твою сторону, продолжила рисовать.
– Скоро сезон дождей закончится, – сказал ты, смотря на пасмурное небо, отражавшееся в твоих серых глазах. На тебе снова медицинская маска. Будто ты веришь в то, что она способна спасти тебя.
– Мне все равно, – холодно ответила я.
– Давно не было ярких закатов. Как раз вот после дождей и будут, – со светлой улыбкой сказал ты.
Дождь усилился.
Я игнорировала тебя.
– Скоро будешь гулять тут за меня, – продолжил ты.
У меня ком в горле. Больно даже пошевелиться. Рука задрожала, и я перечеркнула то, что рисовала. А рисовала я тебя.
Я швырнула тетрадь на асфальт. Она моментально промокла в луже, подхватив лепестки цветов и травинки с землей. После этого мне не осталось ничего, кроме как закрыть лицо руками, чтобы не видеть всего того, что так разрывает мне сердце. Я ненавижу плакать.
– Чего расстроилась так? – спросил ты, подойдя ко мне.
Мне не хотелось отвечать. Если начну, наговорю много лишнего. Это всегда было моей проблемой.
Ты опустился на колени, взял меня за руки, теперь тебе стали видны мои слезы.
– Почему ты плачешь? Все же хорошо. Скоро все будет хорошо, – ты сказал это таким тоном, будто мне пять лет.
Хидео
Ты подняла на меня глаза, красные от слез и полные злости. На мгновение я отшатнулся от тебя.
– Как ты вообще посмел заговорить со мной? Кто тебе сказал, что тогда, в тот день в парке я нуждалась в твоей помощи?! Да черт бы с этим воздушным змеем! Я его на следующий же день забыла у автомата на станции, где покупала билеты! Мне его никто не вернул, а самой возвращаться было лень! – закричала ты.