— Еда, точно, — пробубнил он и со всех ног бросился в район торговых лавок.
Это действительно волшебные буквы и цифры.
Закупив всё необходимое в торговых лавках, Тамака отправился назад. Путь обратно был столь же стремительным, и через несколько минут он уже вышагивал по мосту, ведущему в его нору. Немного переведя дух, мальчик подумал: а что, если принцессы и рыцаря уже нет в его доме, или вдруг всё это ему причудилось? А может, он перепутал утренний сон с реальностью. Сердце защемило лишь от одной мысли, что он больше никогда не увидит принцессу Лакуну. Что за странное чувство обуяло им, такое незнакомое и радостное и грустное одновременно?
Открыв люк норы, мальчик-обезьяна ловко запрыгнул наверх, где его тут же схватила металлическая рука и за шиворот подняла наверх.
— Объяснение, обезьяна. Ты предал нас? Ты привёл солдат? — раздался железный грохот голоса рыцаря.
— Чайлд-Роланд, успокойся! — прикрикнула на него принцесса.
Они оба тут.
— Доказательство, принцесса Лакуна. Я имел зрительный контакт, — объяснял рыцарь. — Он обменивался информацией с двумя солдатами.
— Если бы он рассказал им про нас, во-первых, зачем ему приходить сюда, да ещё и с едой? И, во-вторых, нас бы уже атаковали.
Рыцарь задумался, после чего отпустил мальчишку на пол.
— Ошибка, — тихо произнёс он, словно это слова извинения.
— Что ты принёс? — принцесса в секунду забыла этот инцидент и принялась копаться в корзине с продуктами. — Хлеб — хорошо, фрукты, овощи — отлично, чай и прочее, а мясо?
Её глаза наполнились такой грустью и тоской, что вот-вот, и на них навернутся натуральные слёзы.
— Где мясо?
— Мясо очень дорогое, мне бы не хватило денег, — оправдывался мальчишка, всё ещё сидя на полу, в последнее время это входило у него в привычку, ведь его постоянно хватали и бросали.
— Значит, надо заработать, — покачала головой Лакуна. — Если мы так и будем питаться, скоро все станем обезьянами, жующими фрукты. Есть тут работа?
— Да, — отряхиваясь, Тамака встал на ноги. — В шахте можно неплохо заработать, но это опасно…
— Отлично, — в руках принцессы как по волшебству оказалась кирка и заплечный мешок. — Я тебе упаковала бутерброд, поешь, вечером ждём тебя дома.
Когда она успела его сделать?
— А мы с рыцарем затеем уборку, — принцесса Лакуна подняла тонкий палец вверх. — Ты же не против?
— Я…
— Вот и хорошо. Отправляйся на работу, а мы будем хлопотать по дому, — она потёрла ладони друг об друга, как человек, который хочет поскорее приступить к интересной работе. — Подумай только, мы как муж и жена: отправляю тебя с утра на работу, а сама всё по дому и по дому. Ещё и ребёнок на мне, — постучав по металлической броне рыцаря, проговорила она радостным голосом.
Её явно забавляла вся эта ситуация.
Не успел Тамака и опомниться, как уже шёл по подвесным мостам в сторону шахт. В его руках кирка и мешок, который он даже забыл перекинуть через плечо. Ещё недавно он жил обычной, размеренной жизнью отшельника, а теперь всего за день она превратилась в ураган событий, и принцесса Лакуна являлась его эпицентром.
— Не упади в небо! — прикрикнул на него сторож, видя, как мальчик-обезьяна идёт, повесив голову.
— Сторож Буга, здравствуйте, — улыбнулся клыкастой улыбкой Тамака, ему было приятно видеть знакомое лицо. — Я вас и не заметил.
И вправду: сторож сидел не на посту в сторожке, а прятался за деревянными ящиками где-то в стороне.
— Что вы делаете?
— Сижу в засаде, — пояснил тот.
— В засаде?
— Да, — он указал на шахту. — Мужики боятся, что шпион взорвёт шахту, когда они поднимутся в неё, или устроит какую-нибудь другую диверсию, вот я и сижу в засаде, жду шпиона.
— Понятно.
— Так что можешь идти работать, — ухмыльнулся сторож Буга. — Вход надёжно охраняется.
— Спасибо.
День прошёл рутинно: Тамака копал, потом колол, затем очищал от грязи найденный им древний артефакт. Так незаметно для него наступил вечер. Ничего необычного не произошло, и мальчишка оказался этому очень рад. Он устал от потрясений, и такая монотонная, нудная работа ему сейчас была необходима.
Тем временем принцесса Лакуна проводила хозяина дома на работу и принялась за обещанную уборку этого самого дома. Сначала всё шло неплохо. Она с залихватским усердием вытирала пыль с немногочисленной мебели, потом расставляла по местам вещи, заправляла кровать и подметала пол трофейным веником. К середине дня, уборка была закончена. Дом несильно изменился, всё та же грязная нора, но посередине этой грязной норы стояла такая же грязная и чумазая девочка, в кожаном комбинезоне и с косынкой на голове, скрывающей её белоснежную, пышную причёску.