Мальчик обдумывал её слова, и оба эти варианта казались невозможным.
— А куда вы направлялись?
— Прости.
Лакуна резко встала и собрала пустую посуду.
— Этого я тебе сказать не могу, пока что, — она унесла посуду на кухню и, вернувшись, уселась на диван, подзывая мальчика присоединиться с ней.
Встав из-за стола, Тамака тихо подошёл к ней и аккуратно сел на край дивана.
— Лучше скажи, как можно выбраться из города? — прошептала она, придвинувшись поближе. Мальчик отодвинулся ещё дальше.
— Это, — он запинался, — это невозможно. Подвесные мосты проложены до шахт, а дальше пустота. Ты просто упадёшь в небо. Только Ходоки ходят по поверхности вниз головами.
— Что за ходоки, о которых ты всё говоришь? — откинулась обратно на спинку дивана принцесса Лакуна.
— Это враждебное племя. Они ходят по поверхности, и у нас с ними война, — пояснил мальчик, приняв при этом очень важный вид и чувствуя собственное превосходство над умной девочкой.
— И что они делают?
— В смысле?
— Ну что делают эти ходоки, что вы с ними воюете? — пояснила принцесса в своей холодной манере.
— Ничего, ходят просто, — растерялся мальчик.
— И вы с ними из-за этого воюете, — она закатила глаза. — Это пропаганда взрослых, вот и всё. Война, навязанная обществу. Вы должны ненавидеть их по факту, даже когда они вам ничего не сделали плохого. Вашему мэру выгодно иметь внешнего врага, чтобы направить ненависть людей внутри города на него, а не на мэра.
Всё превосходство мальчика над принцессой мигом улетучилось. Хоть он мало что понимал в её словах, дошло до него одно: она намного умнее его, и не стоит впредь бахвалиться, как надутый павлин.
— Они нам не помогут и пешком из города не выбраться, — принцесса встала на ноги и стала расхаживать взад и вперёд, — остаётся лишь один вариант — отбить нашу ракету и продолжить путь по воздуху.
— Отбить ракету? — спросил Тамака, а затем задумался. Такой исход событий его не устраивал.
— Ну да, бах, ба-бах! — принцесса размахивала руками, рисуя в воздухе отголоски какой-то крупной войны, происходящей в её голове.
— Готовность, принцесса Лакуна, только прикажите, — рыцарь встал на ноги, немного покачиваясь из стороны в сторону.
Казалось, что он вот-вот бросится в атаку на невидимого врага.
— Стойте, стойте, — затараторил мальчик. — Давайте не будем спешить, нужно всё хорошо обдумать.
— А что тут думать? — принцесса села на диван и надула губы. — Наша ракета в руках врага.
— Они никакие не враги, и вы не враги, хоть они и считают вас шпионами врага, — пытался объяснить мальчишка. — Это всё какое-то недорозумение. Предлагаю пока затаиться тут, у меня. А когда вся эта шумиха со шпионами уляжется, я схожу на разведку и выясню, как можно вернуть вашу эту ракету.
— Хорошая идея, — быстро встав с дивана, сказала принцесса, быстро поменявшись в лице, — я спать.
Она удалилась в спальню. Мальчик-обезьяна и Чайлд-Роланд переглянулись. Красный глаз рыцаря сузился, как будто его обладатель что-то хотел сказать, но промолчал. Тамака тоже промолчал, лишь тихо вздохнул. Устроившись поудобнее на диване и положив хвост под ноги, мальчишка никак не мог уснуть. В соседней комнате лежала принцесса, в другой, новой комнате, скрипел рыцарь металлическими доспехами, он явно не спал. Через некоторое время наступила долгожданная тишина, и мальчик, наконец, смог услышать собственные мысли. А мысли, сказать прямо, не добрые. Хоть он и оставался хозяином дома и жителем этого города, но чувствовал себя в заложниках. Эти постоянные угрозы устроить войну в его родном краю его пугали и удручали. С другой стороны, Тамака от всей души хотел помочь принцесса Лакуне и её спутнику рыцарю Чайлду-Роланду в их секретной миссии. Почему-то ему казалось, что эта миссия очень важна и нужна, хотя он даже не подозревал, в чём она заключается.
Так прошло около недели, очень ленивая и скучная неделя для принцессы Лакуны и её робота; она то и делала, что лежала, кушала, отдыхала, читала книги, разговаривала со слугой, спала и оживала лишь тогда, когда Тамака приходил домой с работы. Для мальчика эта неделя наоборот стала вызовом. В его доме прибавилось постояльцев и голодных ртов; хоть он и не разу не видел, как рыцарь ест, ему нужно кормить ещё двух человек помимо себя, а это значило двойные смены на шахте и всё больше и больше работы.