Тот всё это время стоял и думал, как попросить принцессу и уж тем более недружелюбного рыцаря, чтобы он пошёл с ними. Как вдруг принцесса сама это предложила. Внутри мальчик засиял от радости.
— Хорошо, — качнул он головой, — только мне нужно сделать кое-что. Это займёт буквально десять минут.
— Десять минут? — удивилась принцесса, — у нас нет столько времени.
— Я не могу уйти, не попрощавшись, — уверенно сказал Тамака. За время, проведённое с ним, Лакуна не видела его таким серьёзным.
— Ладно, но ждём только десять минут, потом мы уходим, — согласилась девочка.
— Сообщение, принцесса Лакуна, таймер включён, — проговорил рыцарь грубым голосом, от которого от неожиданности сторож Буга даже подпрыгнул, забыв про старость и больные колени.
— Тогда не буду терять время, — крикнул Тамака и бросился со всех ног бежать.
— Не опаздывай! — крикнула ему в спину принцесса.
Через пять минут мальчик оказался на месте. Перед ним, словно капля воды, свисал с холма небольшой, аккуратный двухэтажный домик. Этот вид вызывал давно забытые воспоминания. Перепрыгивая с одного подвесного моста на другой, Тамака очень быстро поднялся к холму на высоту второго этажа, который раньше был первым. Вытянув руки, он оттолкнулся от досок платформы под ногами, ухватился за кирпичи и, повиснув над окном, тихо заглянул внутрь комнаты. Здесь почти ничего не поменялось: шкаф с одеждой стоял в дальнем углу, дальше по стене комод с игрушками, напротив — письменный стол, заваленный всякой всячиной, а рядом небольшая кроватка. В ней, видя уже десятый сон, спал ребенок. Мальчишка, намного младше его самого, отвернулся к стене и, смешно запрокинув руки на голову, посапывал, не догадываясь о неожиданном госте в его комнате.
Спустившись немного вниз, Тамака достал из мешка что-то чёрное и маленькое и поставил это на подоконник. После чего отпрыгнул от стены, зацепился за канаты подвесного моста и быстро отправился обратно к шахтам, где его ждали принцесса, рыцарь и сторож Буга.
На подоконнике его младшего брата осталась одиноко стоять маленькая чёрная обезьянка, сшитая из обрывок тряпок и набитая перьями. Её малюсенькие чёрные глазки провожали своего создателя в дальний путь, желая ему всего самого лучшего. Тамака не знал, как утром, только открыв глаза, его младший брат увидел сюрприз, непонятно откуда взявшийся на его окне. Как он обрадовался новой игрушке, но не стал говорить о ней родителям, помня, как те не любили обезьян и как любые разговоры на эту тему в доме жёстко пресекались. Один раз он даже получил наказание за то, что рассказал, что видел на улице мальчика-обезьяну. Поэтому он хранил её в тайном месте и никому не показывал. Может быть, он подсознательно обо всём догадывался, а может быть, и нет. Но и по сей день, сидя в кресле-качалке, будучи уже глубоким стариком, он нет-нет, да и достанет из верхнего ящика письменного стола потёртую и выцветшую старую игрушку, посадит её перед собой и тихо спросит:
— Привет, старый друг, ну как ты сегодня?
Тем временем принцесса, робот и сторож покорно ждали возвращение мальчика-обезьяны. Старик ничего не выспрашивал у незнакомцев, как это постоянно делал Тамака; он слишком старый и мудрый, чтобы нагружать себя лишней и никому не нужной информацией. Буга прожил достаточно и видел многое и хотел уйти из жизни в блаженном неведении, и сторож понимал, что эти двое могут рассказать ему много, и о мире, и о катастрофе, случившейся в нём, но не хотел этого знать. Он слишком стар, для всего этого.
— Эй! — крикнул им подоспевший вовремя Тамака, — я вернулся.
Его губы расплывались в улыбке, а глаза наполнились болью и сожалением. Никто, кроме принцессы, не заметил этого.
— Сообщение, принцесса Лакуна, — встал на ноги рыцарь Чайлд-Роланд, — девять минут и сорок пять секунд.
— Молодец, теперь ты готов идти? — спросила его Лакуна.
— Готов, — тяжело дыша, ответил Тамака, — мистер Буга, куда нам идти?
— Ты и сам прекрасно знаешь куда. Отработал в этих шахтах, поди, не один год, — спокойно проговорил сторож, указывая на вход в шахты за их спиной.