Люди как с ума посходили. Солдаты бегали, держа в руках оружие, проверяли каждый закоулок и дом с криками «Поймать шпиона!». Мужчины помогали ополченцам, вооружившись кто чем: пекарь — скалкой, кузнец — молотком, плотник — пилой. Женщины тоже вели себя по-разному: кто-то призывно причитал, кто-то подбадривал мужчин громкими выкриками в духе «Вперёд!». Это уже стало похоже на некую игру в прятки, разросшуюся в какой-то момент до масштаба города. И вроде им было даже интересно и в какой-то мере весело. «Пусть занимаются чем угодно», — подумал про себя Тамака. Лишь бы не трогали его. В этой суматохе мальчику-обезьяне легче затеряться.
Впереди виднелась вывеска: «Свежий хлеб». Он добрался. Постучал в закрытый деревянной перегородкой прилавок и принялся ждать. Ответа не последовало, и Тамака постучал ещё раз, а потом ещё несколько раз, пока дверца лавки наконец не открылась. Из небольшого проёма появилась упитанная и бородатая, с юношеской краснотой на лице, голова пожилого пекаря.
— Что надо? — недовольно прокричал пекарь, брызгая слюной и крошками хлеба.
Вот это сервис!
— Две булки хлеба, пожалуйста, — Тамака протянул монету вперёд.
— А, это ты! — лицо пекаря перекосила гримаса отвращения. Перекус явно испорчен: внешний вид мальчишки отбил ему аппетит. — Мы закрыты! Не видишь, что в городе творится?
Пекарь забрал у мальчика монету.
— Отдай! — со слезами крикнул Тамака, — это не твоё.
Но пекарь уже с силой закрыл прилавок деревянной дверцей, да так, что чуть не прищемил мальчику-обезьяне обе руки.
— Отдай, отдай!
Тамака безуспешно колотил в закрытую дверь. И в этот момент из-за угла показались двое солдат-ополченцев.
— Эй, ты! Стой! — крикнули они, увидав, что обезьяна пытается взломать прилавок и обокрасть добропорядочного и всеми уважаемого пекаря.
Не найдя другого выхода — что-то объяснять бесполезно, кто будет слушать обезьяну — Тамака выбрал единственный путь. Путь отступления. Он быстро перемахнул через бочки и бросился бежать. Солдаты, к слову, и не собирались его преследовать. Они искали шпиона и просто для разрядки нервов напугали мальчишку. Пока тот бежал по подвесному мосту наверх, сзади раздавался гулкий хохот ополченцев.
Спрятавшись между домами, мальчик сел на пол, обнял ноги руками и тихо заплакал, даже заскулил, уткнувшись лицом в колени.
— Простите меня, мистер Буга, — прошептал он, пытаясь сдержать слёзы, но они всё равно текли и текли.
Через несколько минут над ним открылось окно. Какая-то дама с бигуди на голове громко крикнула на него и словно в назойливого мяукающего котёнка бросила в него веник.
— Кыш!
Недолго думая, мальчик подобрал веник и бросился наутёк.
— Вор!
Принцесса и рыцарь, часть 3
Пока он бежал не оглядываясь, ему почему-то вспомнилась одна из книжек на его столике рядом с диваном. В ней много картинок, и одну из них он почему-то вспомнил именно сейчас вспомнил. Город с треугольными крышами, звёздное ночное небо, огромная луна, девочка в чёрном платьице и с красным бантом на голове, летит на метле в небе, на её плече сидит небольшой чёрный кот. Интересно, люди правда раньше летали на мётлах? Он посмотрел на украденный старенький веник, в котором почти не осталось прутьев в помеле. Взгляд мальчика упал на бескрайнее небо под ногами. А что, если сейчас взять этот веник, сесть на метловище, да спрыгнуть вниз? Что, если он всё-таки полетит — полетит, как та девочка на картинке в книжке, и наконец улетит из этого города, подальше?
Мальчик остановился, проверяя монету в кармане. Всё в порядке, она на месте. Идти за чаем ему уже перехотелось. Испытывать добропорядочность продавца чайной лавки, рискуя ещё одной монетой, звучало как плохая затея.
Внизу пробежали два солдата-ополченца и, чуть не столкнувшись друг с другом носами, громко одновременно крикнули:
— Нашёл?
— Нашёл?
— Нет!
— Нет!