Я медленно выдвигаю ящик, заранее страшась того, что могу там найти. Того, о чем она еще молчала, пугаясь самой себя, которая сломя голову несется нарушать все данные обещания. Но внутри просто разная мелочь. Незначительные предметы: несколько ручек, пара программок из кловерского театра, билеты на концерты, адресная книжка, две визитки. Одна от зубного врача – с напоминанием о дате следующего визита. Другая – от Пола Бута, частного детектива из Сан-Франциско.
Что за хрень?!
Я вынимаю визитку. На обратной стороне рукой Бейли написано: 4/25, 4 часа, комната 2Б. Зачем ей частный детектив? Единственная причина, которая приходит мне в голову, – чтобы найти маму. Но зачем? Мы обе знали, что дядюшка уже пытался, всего несколько лет назад, и сыщик сказал ему тогда, что отыскать ее просто невозможно.
Тем днем, когда дядя Биг рассказал нам про детектива, Бейли пребывала в полной ярости. Она кругами носилась по кухне, пока мы с бабушкой собирали в огороде горох к обеду.
– Я знаю, что ты знаешь, где она, – объявила она бабуле.
– Но откуда же мне знать, Бейлз?
– Да, откуда ей знать, Бейлз? – эхом повторила я. Терпеть не могла, когда бабушка с Бейли ругались, а сейчас дело явно шло к этому.
– Я бы могла пойти за ней. Я бы могла найти ее. Я бы привела ее обратно. – Она схватила стручок и запихнула в рот.
– Ты бы ее не нашла. И не привела бы обратно. – Дядя Биг стоит в дверном проеме. Его слова звучат библейским пророчеством. Интересно, долго он так стоял и слушал?
– Откуда ты знаешь? – Бейли подошла к нему ближе.
– Я пытался, Бейли.
Мы с бабулей перестали срывать горох и смотрим на дядю. Он проковылял к столу и сел. Похож на великана в детском саду.
– Несколько лет назад я нанял частного детектива. Хорошего. Решил, что сообщу вам, если что-нибудь выяснится. Но он ничего не смог сделать. Сказал, что потеряться проще простого, если не хочешь, чтобы тебя нашли. Он думает, что Пейдж поменяла имя и, возможно, страховой номер… – Дядя Биг побарабанил пальцами по столу. Тихие раскаты грома. – Откуда нам знать, жива ли она вообще? – Дядя проговорил это вполголоса, но прозвучало это так, словно он заорал, стоя на вершине горы.
Странно. Мне никогда эта мысль не приходила в голову. Бейли, я думаю, тоже. Нам всегда говорили, что мама вернется, и мы искренне в это верили.
– Она жива. Она совершенно точно жива, – сказала бабуля дяде. – И она вернется.
Я снова заметила недоверие на лице Бейли.
– Но почему ты так уверена, бабуль? Ты же явно что-то знаешь, если так уверена.
– Материнское сердце. Понятно? Просто знаю, и все тут…
Я кладу карточку обратно в стол, беру святого Антония и ложусь на кровать. Ставлю статуэтку на ночной столик. Почему у нее было столько секретов от меня? И как я могу на нее злиться за это? Да вообще за что угодно. Хоть на секунду.
(Найдено в футляре для кларнета, на коричневом бумажном пакете)
(Написано на скомканном листке бумаги, найденном в ботинке в шкафу Пенни)
Глава 15
День, в который все произошло, начинается (как и все дни в последнее время) с того, что Джо тихо стучит в дверь. Я перекатываюсь на другой бок и выглядываю из окна: в утреннем тумане газон пуст. Видимо, пока я спала, всю мебель перенесли обратно в дом.
Я спускаюсь вниз. Бабуля сидит на своем обычном месте на кухне, голова ее замотана полотенцем. Сжимая в руках чашку кофе, она смотрит на пустой стул Бейли. Я присаживаюсь рядом:
– Пожалуйста, прости меня за вчерашний вечер. Я знаю, как тебе хотелось провести этот ритуал ради Бейли, ради нас всех.
– Все в порядке, Ленни. Мы еще проведем этот ритуал. У нас уйма времени. – Она берет меня за руку и рассеянно гладит меня по ладони. – А еще я, кажется, поняла, что приносит нам неудачу.
– Правда? И что же это?
– Помнишь маску, которую Биг привез из Южной Америки, когда изучал там эти свои деревья? Думаю, она проклята.
Я всегда ненавидела эту маску. На нее наклеены искусственные волосы, брови в изумлении приподняты, рот зияет рядом блестящих волчьих клыков.