жны быть так же счастливы. Это продолжалось изо дня в день, пока без желанного общения с Девеном я от нарастающей тоски стала совсем вялой и кожа моя не посерела. Я давно уже не могла ухватить сноп светлой силы. Ничто не могло вернуть мне потерянного. Вот тогда Мигус и заметил это. Да и то, лишь после того, как наставник поговорил с ним, заметив, что со мной что-то происходит серьезное, что не дает мне возможности учиться как прежде. Теперь я лежала в постели почти все время, а он суетился вокруг, сам ухаживая за мной, и приводил одного врача за другим. Но ни один из них не мог найти у меня никакой болезни, и Мигус с яростью выгонял очередного. Теперь Мигус не спал со мной, и внутренний протест больше не иссушал меня. Я еще не слышала шепота голосов, но однажды раздался беззвучный зов такой силы, что чуть не поднял меня с постели. Он оглушал, я не могла заслониться от него. Но необузданная радость охватила меня. Это был Девен. - Девен! Ты где?! - Наконец-то, Дебра! Что с тобой?! - Я почти без сил. - Я где-то рядом! Нам нужно найти друг друга и как можно скорее! Мне уже пришлось убить одного человека. Я не успею вернуть тебе силу! Они наверняка собирают охотников в эту минуту. Зови меня как только можешь! Я старалась изо всех сил, но эти силы слишком быстро истекали. Но и Девен перемещался очень быстро. Я чувствовала его все лучше. Мое волнение нарастало и становилось невыносимым. Я стояла около кровати, даже забыв одеться, и дрожала всем телом. Дверь моей комнаты открылась и вошел Мигус. - Что с тобой, дорогая?! Он подскочил ко мне и, взяв за плечи, с испугом и необыкновенным участием посмотрел в глаза. - Здравствуй, Мигус! - я вздохнула, приходя в себя, ласково и благодарно положила ладони на его руки. - Все в порядке, Мигус! - сказала я и улыбнулась, - Я только что встала и собиралась одеться. Ты оставь меня ненадолго, пожалуйста! Я скоро выйду. - О, конечно, дорогая! Я почему-то так испугался за тебя! Он улыбнулся с неподдельной нежностью и порывисто обнял меня. И тут с грохотом посыпались стекла. Тонкие деревянные рамы разлетелись в щепки, и гибкое серое тело влетело в комнату. Я почувствовала такой сильный рывок, что едва не упала, а Мигус, отлетев к стене, ударился о нее спиной. Он застонал от боли в своей ране и сжал зубы, но в следующее мгновение выхватил длинный бронзовый столик из-под вазы, которая рассыпалась по полу мелкими хрустальными осколками. Девен поднял руку, и я увидела привязанный к предплечью серебряными ремнями незнакомый предмет. - Не надо, Девен! - взвизгнула я, почти перекрыв громкий свистящий звук. Теперь точно посередине лба у Мигуса алело небольшое пятно, а он сам сползал по стене, размазывая волосами широкую кровавую полосу. На меня, не мигая, смотрели его глаза. Я сделала шаг к нему и застонала от ужаса. Все вокруг перестало существовать, были только эти глаза, только что смотревшие на меня с нежностью и доверчивым обожанием... - Дебра! Я вздрогнула и подскочила. Только сейчас я обратила внимание, что он был невысоким и худощавым. - Что с тобой, милая?! И этот неслышный голос, раскалывающий голову. - Нам нужно спешить, любимая, иди сюда! - Я не пойду с тобой, Девен. - Что, Дебра? Что ты говоришь?.. - Уходи, Девен, и больше не зови меня никогда! - Дебра! Что с тобой, любимая?! - Зачем ты убил его?! Я сама поразилась ненависти, прозвучавшей в моем голосе. - Он напал на тебя, а потом бросился на меня с этой железкой! Дебра!.. - Я не пойду с тобой, я не могу! Уходи! - забывшись, кричала я во весь голос. - Так это был он, прости... но сейчас нет времени переживать, ты потом поймешь все! Дверь распахнулась, и удивленная голова стражника появилась в проеме. Сначала он оторопел, потом влетел в комнату, на ходу выхватывая из ножен длинный тонкий меч. Девен как-то вяло вскинул руку, прозвучал короткий свист и над головой стражника отскочил большой кусок дерева. В тот же момент клинок вошел в бок Девену. Следующий выстрел ужасного оружия Девена пришелся практически в упор и стражника отбросило назад. Девен стоял на ногах, согнувшись и судорожно держался за рукоятку торчащего из него меча. Потом он сморщился, напрягся и медленно вытянул окровавленный клинок. Его шатало и кровь, сбегая под серой облегающей одеждой, стекала на пол. В коридоре послышался топот ног. Я схватила Девена за руку и потащила за собой к другой двери. Тот чуть не упал, замычал, но все же сумел последовать за мной. Это была небольшая комнатка, где хранились мои вещи и платья. Здесь стояло высокое зеркало и кресло перед ним. Я усадила Девена и как только закрыла за ним дверь, в комнату вбежали трое стражников. Они ошалело озирались, стараясь понять, что произошло. - Он вылетел в окно! - крикнула я срывающимся голосом, указывая на разбитую раму, - Бегите! Догоните его! Стражники выскочили из комнаты и я, заперев дверь, зашла к Девену. Он отвалился на сидении, прижав окровавленную ладонь к боку. - Теперь я не смогу лететь, - проговорил он так тихо, что я легко могла бы закрыться от его мыслей. Я подняла его руку и, разведя края прорезанной материи, увидела, что кровь почти перестала идти. Похоже, Девену повезло. - Я вылечу тебя, и ты улетишь, - мрачно проговорила я, достала ножницы и принялась осторожно разрезать удивительно прочный материал. Девен молчал, и я видела, что боль, которая свела его лицо, не была болью от раны. Раздался настойчивый стук в дверь, и я поспешила открыть. - Поймали его?! - Нет, Дебра, - угрюмо сказал стражник, - но мы знаем кто это был. Все охотники на ангелов в этом городе уже на ногах. Зачем ты закрылась? - Я боялась! - Какой толк? Он же он мог снова влететь в окно! - Я ничего не понимаю уже! - я протянула свои окровавленные руки, и слезы потекли у меня из глаз. Как же сильно помогают слезы женщинм... Стражник поливал мне из кувшина пока я мыла руки над тазиком. Они так дрожали, что иногда струйка не попадала на них. В комнате весь ковер был в крови, затоптанной и размазанной ногами. Вбежала Стела, замерла с вытаращенными глазами, побледнела и ноги у нее подломились. Стражник успел подхватить ее и с совершенно невозмутимым лицом уложил ее на мою кровать. Я позавидовала ей. Почему же я так хладнокровно воспринимаю кровь? Или просто внутри уже все одеревенело? Паника в доме улеглась не скоро. Постоянно приходили совершенно незнакомые люди. Управляющий Мигуса взял все в свои руки, но спокойнее стало только под самый вечер. И все это время у меня не было никакой возможности заглянуть к Девену. Я сама немного успокоилась и, хотя и понимала разумом почему все так произошло, но в душе оставалась боль и пустота. Хотя я и ждала, когда же представится возможность заглянуть в комнату, чтобы помочь Девену, но теперь мне страшно было встречаться с ним. Что-то непреодолимое встало между нами. Я совсем не слышала и не чувствовала его, и боялась, что с ним что-то случилось. Стела пришла в себя и, заикаясь, умоляла меня уйти из этой ужасной комнаты, но я только мотала головой, и у меня сами собой начинали течь слезы. И я видела все. Как двое неуклюжих мужчин поднимали Мигуса и роняли его тяжелое тело, и как уносили мертвого стражника, как снимали окровавленный ковер с пола и как долго и безуспешно пытались смыть кровь со стены. Потом слегка горбящийся пожилой человек принес мне какие-то бумаги и долго что-то объяснял, а управляющий стоял рядом и с сочувствием поглядывал на меня. И только когда Стела сама сказала, что я должна сделать, я начала подписывать эти бумаги своими по-детски корявыми буквами. Все очень внимательно наблюдали за этим. Наконец я осталась одна, тут же заперла дверь и бросилась в комнатку к Девену. Тот неподвижно застыл с закрытыми глазами на безжизненно сером лице. - Девен!!! - Я здесь, Дебра, - его ответ был таким тихим, как если бы он говорил из своей далекой страны. - Ты хочешь есть? - Нет, Дебра, только пить... Я принесла морса и напоила его. Он сам уже пытался снять свою одежду, но безуспешно. Страшный предмет валялся на полу поодаль от него, и я старалась не смотреть туда. Потом я помогла ему раздеться и смыла кровь с его тела. Ранка алела небольшими, но жутковато раскрывшимися краями. Я не знала, что с ней нужно делать. А светлый луч уловить не удавалось. Наконец я осмелела настолько, что решилась рассмотреть его лицо. Оно показалось очень непривычным. Он почувствовал мой взгляд и раскрыл свои огромные желтые глаза. - Вот мы и встретились, Дебра, - горько сказал он. И я с ужасом почувствовала всю его боль и растерянность. Он был ошеломлен тем, что произошло между нами, и эти страдания сжимали его мысли в горький комок. А у меня не возникало никаких теплых чувств, как будто между нами не было того страстного и радостного общения. Как будто что-то вырвали из моего сердца, и я успела забыть, что именно. Осталась одна пугающая пустота. И я ушла, не говоря ни слова, оставив его одного, не в силах придумать хоть что-то утешительное. Эта ночь тянулась нескончаемо долго и забрала у меня почти все силы. Утром пришла Стела и заявила, что меня ждет куча дел. Я обещала, что потороплюсь и заставила Девена съесть остатки моего вчерашнего ужина. Куча дел ждала меня в виде небольшой толпы знакомых и незнакомых посетителей, с которой ловко обращался управляющий. Оказалось, что теперь я должна решать все вопросы, что я стала хозяйкой этого и нескольких других домов, нескольких магазинов, целой сети поставщиков и оптовиков и еще многого, чем владел Мигус. Я делала все, почти не понимая смысла