Причаливаем. Он спрыгивает в воду и буксирует нас с мотоциклом ближе к берегу, где предлагает мне руку, дабы помочь спуститься. И не зря: я вся трепещу адреналином и кое-как поднимаюсь с сиденья на непослушных ногах. Спрыгиваю в воду по колено – так странно погружаться в воду после парения над ней - и замечаю, что часто дышу и даже не хватает воздуха: я никак не верю, что снова ступаю на сушу. Заметив моё состояние дядя Вова хохотнул.
– Накаталась?
– Да... Нет! Ох... Ещё приду! Только попозже: сначала надо переварить. Спасибо большое!
Ласковая и понимающая улыбка сказала мне, что тест я прошла и мир гидроциклистов принимает меня как своего нового почитателя.
Потом я медленно – коленки ещё дрожат – поднимаюсь вдоль пирса к своим вещичкам. Всё тот же дядечка-охранник интересуется моими впечатлениями, но я могу лишь улыбаться как чеширский кот. Меня поняли. Подбираю шлёпки, и внезапно резко останавливаюсь и оборачиваюсь: чуть не забыла. Кричу дяде Вове, что приду на плюшке кататься. Его тёплый взгляд вторит горячему солнцу над нашими головами. Он кивает мне и снова переключает своё внимание на наматывание троса.
Девушка из палатки проката, глядя на мою ошалевшую мордашку, тоже начинает улыбаться. Говорит, что плюшка будет через час. А я, заверив, что обязательно приду, направляюсь к своему лежаку. По ходу ищу душ, чтобы ополоснуть ножки, и при этом неотрывно смотрю на море.
Отыскав маму, сумбурно рассказываю ей свои впечатления, а потом бегу охладиться в спокойных волнах. Долго плаваю от одного буйка к другому, и к третьему – наверно на эмоциях силы ещё остались – и всё это время не отрываю глаз от гидроцикла, танцующим в водной стихии, но уже с кем-то другим. Более-менее успокоившись, возвращаюсь загорать. К намеченному часу я успела обсохнуть и отправилась за очередной порцией адреналина. С видом завсегдатая киваю девушке, охранникам.
– Вы на плюшку одна получаетесь: что-то больше никто не желает – поэтому вас может перевернуть, – обратилась ко мне девушка. – Может, уговорите кого из своих?
– То есть одна покататься не могу?
– К сожалению... Правила безопасности.
– Вот как, – медленно протягиваю слова, но почти сразу приходит идея: – А если кто-нибудь из спасателей, например, со мной прокатится? Так можно?
– Мм, думаю да. Сейчас уточню у капитана, – сказала и пошла в домик администрации.
– Всё в порядке: разрешили. Тогда как подъедут, можно будет ехать. Но вы точно уверены?
– ?? Эм, конечно, – кажется, какой-то смысл не дошёл до меня.
Снова лавочка. Оставляю обувь и шляпку. Дяди Вовы пока не вижу, но вот подъезжает какоё-то катер, и из него на причал спрыгивает парень в пляжной красно-чёрной униформе. Направляется по пирсу мимо меня к палатке с девушкой, и всё это время смотрит на меня. Пусть за тёмными стёклами солнцезащитных очков мало что видно, но пирс был близко и поворот его головы в мою сторону не давал ошибиться.
«Чего это он?» - думаю. Ну и тоже решила попялиться в ответ. Может, мы уже виделись? Хотя где? Но черные авиаторы закрывают половину лица, да и солнце бьёт с боку, заставляя щуриться, а прикладывать ладошку козырьком ко лбу будет слишком явным манёвром. Я не двигаюсь с места, только поворачиваю голову. И когда я уже подумала, что это предел и тело дальше не выкручивается, а потому наверно стоит сдвинуть остальную себя, парень внезапно решил поздороваться. Тоже говорю ему «Здрасти» и отворачиваюсь к морю высматривать своего капитана. Но не сдерживаюсь: оборачиваюсь и смотрю, куда он пошёл. Парниша, на ходу бросив какую-то фразу дяденьке-охраннику, доходит до девушки, которая указывает ему на меня и что-то говорит. Парень резко поворачивает голову в мою сторону, замирает на пару биений сердца и направляется ко мне. Моего сердца, ведь я всё это время смотрела и даже не пыталась делать вид, что это не так.
Очки парень снял, но я всё равно не могла как следует его рассмотреть. И вдруг меня осеняет: это мой второй пассажир! Рухнувшая в пучину забвения, приправленного отчаянием и обидой, утренняя мечта вновь подняла голову и приободрилась. Молодой. Парень. О Вселенная, благодарю тебя! Ну уж лучше поздно.
– Так Вы со мной в качестве допвеса, – включив мега-очаровательную улыбку, обращаюсь к нему я. – Боюсь перевернуться.