Желая растянуть удовольствие чуть дольше, я сосредоточилась на загорелых тонких пальцах, ловко закрепляющих ремешки в фиксаторы. В детском жилете даже оказалась своя прелесть: он был тоньше и легче взрослого, а значит, почти касался моего тела. И когда пальцы парня застёгивали молнию на моей груди и над пирсингом в пупке, дыхание у меня перехватывало, и вырывались рваные выдохи. Можете назвать меня как угодно, только не говорите, будто на моём месте отказались бы насладиться ситуаций по полной программе.
К моему огромному неудовольствию всё закончилось слишком рано. Но – о, чудо! – ещё раз повезло. Дядя Вова, увидев мой жилет, вдруг страшно рассердился на моего Адониса:
– Паша! – аа, так вот как зовут моего красавчика. – Что ты делаешь? Ты какой жилет ей дал?
– А что, взрослый нужно было?
– Ну тк, разумеется!
Ой, кэп, не ругайте милого мальчика! Благодаря ему у меня повторится приятный опыт. Я с нетерпением наркомана, впервые сделавшего запретный вдох, предвкушала второй «приём». На этот раз я сама подошла к парню, само собой даже не потрудившись и пальцем пошевелить, чтобы развязать детский спасательный дутик.
Мне и второго раза было всё так же мало. И взрослый жилет был куда свободнее. Все приготовления были закончены. Парень закинул детский жилетик подальше, подхватил за ручку нашу плюшку и спустился с ней в воду. Нас с пацаном позвали занять свои места. Отогнав все мысли о возможности перевернуть штуковину к чёртям и сделав глубокий вдох-выдох, я одним сильным рывком подтянула себя на сиденье. Представьте моё удивление, когда никаких удерживающих ремней я не обнаружила: лишь по паре ручек сбоку и за головой, чтобы как-то схватиться. Самый удобный вариант – держаться только за боковую, в случае же с верхней ручкой, мне грозило что-нибудь себе вывернуть или сломать. Вот так, ничто не удерживало нас с мальчишкой от подпрыгивания, заваливания в стороны и резкого дёргания вперёд, когда плюшка подлетала и врезалась в морские волны. Тут мне снова взгрустнулось из-за злополучных превратностей, по воле которых мне было отказано при сильном броске очутиться в объятиях божественного красавчика.
Сам же он между тем забрался в лодку к дяде Вове, о чём-то с ним споря, затем расправил трос, соединяющий нашу воздушную подушку с закреплённым на катере концом, и схватив рукой поручень, сел на своё место к нам лицом. Капитан завёл мотор, и мы начали медленно плыть. Не спуская глаз с парня, я задумалась о том, чтобы вдруг как-нибудь «случайно» сорваться при очередном подлёте и «потонуть». Меня останавливала лишь абсолютная убеждённость, что искусственное дыхание мне будет делать дядя Вова...
Но вот мы выехали на простор, и катер понёсся. Таблетка сталкивалась с волнами, как с каменными стенами, подлетала, а мы вместе с ней. Я пыталась держать глаза открытыми и смотреть не отрываясь на своего блондинчика, но летящие пригоршни водных брызг слепили глаза, попадали в рот – в общем ощущения такие, будто в лицо бьёт из садового шланга. И я, и пацан визжали, хохотали и даже успели переброситься парой фраз. Хотя без информации о том, что он проглотил сопельку, уверена, я могла бы обойтись.
И всё же, несмотря на испытываемые трудности, я старалась держать глаза открытыми и рассматривать блондина пока есть возможность. Смотрел ли он на меня так же пристально, не могу ручаться: мешала вода, хлеставшая в лицо. В одном я была уверена: на нашу плюшку он точно смотрел. С другой стороны в том и состоит его работа, чтобы мы не свалились «за борт».
Если время, проведённое наедине с гидроциклом, растворилось, то подпрыгивания на плюшке заставляли считать минуты, ибо с каждым разом приземляться на плотную надувную штуковину становилось всё больнее. Я даже подумала, что чувствую, как трясутся мои косточки на подобие деревянного талисмана в виде трубок, - такие обычно звенят при открытии входных дверей. Тогда же я поняла, что тайского массажа не переживу.
Наконец, катер стал замедлять ход и медленно двинулся к земле обетованной. Мокрые, охрипшие мы с пацаном восстанавливали дыхание и ждали, когда нас подтянут к самому берегу. Перестав тянуть канат, парень помог спуститься мальчишке, а потом протянул ладонь мне. Опустив в неё свою руку, – прочувствуй и запомни эти миллисекунды! – я поймала баланс и тоже спрыгнула в воду.
Жаль, что контакт наших ладоней был столь скоротечен. Хотя я всё равно успела почувствовать напряжение мышц, когда опиралась на предложенную парнем руку. И тепло. Наши соединённые на секунду руки гармонично смотрелись, а плетёный коричневый браслет, свободно обвивающий его запястье, усиливал обаяние блондина, и так волновавшее моё скачущее сердечко. Когда я взглянула вверх, наконец, пришло осознание того, как близко мы оказались друг к другу. Мои синие глаза не могли оторваться от его голубых. Я кокетливо улыбнулась, вкладывая всю буру захлёстывающих меня эмоций, усиленных разливающимися по телу волнами адреналина.