Сильвия поежилась. Ей совершенно не хотелось ехать с графом к нему домой. Словно прочитав ее мысли, граф заговорил более благодушным тоном:
– Посмотрите вокруг. Сейчас пойдет дождь, а до Эндикотта намного ближе, чем до вашего замка.
Сильвия осмотрелась. Действительно, на небо со стороны моря стремительно наползали черные тучи, подгоняемые ветром.
Быстро наклонившись вперед, граф взялся за поводья Колумбины.
– Едем, – сказал он. – Я поведу. Все равно, когда вы вернетесь в Белэм, ваших родителей уже там не будет. Зачем им лишний раз волноваться?
Замерзшая и голодная, Сильвия наконец согласилась с его доводами и позволила повезти себя в Эндикотт.
Тучи разошлись еще до того, как Сильвия и граф подъехали к дому. Конюх выбежал им навстречу принимать лошадей, и граф указал Сильвии на темную дверь Эндикотта. Когда вошли, фон Брауэр, оставив девушку одну, ушел звать лакея.
Из тени, чтобы принять плащ, к Сильвии шагнула служанка. Юная леди оторопела, когда увидела ее.
– Полли!
– Да.
– Почему ты… убежала, не сказав никому ни слова?
– Я могу ходить, куда хочу, не спрашивая разрешения, разве нет? – нахмурилась Полли. – Мне понравился граф, поэтому я и решила попросить его принять меня на службу. Здесь мне не нужно искать чулки и застегивать пуговицы.
Сильвия на это ничего не сказала, потому что вернулся граф.
– Довольно, Полли. Умница. Проведи мою… невесту в красную комнату. Там она может отдохнуть.
Полли скорчила гримаску, когда услышала, как Сильвию назвали невестой, но приказание выполнила. Служанка прошла с Сильвией по лестнице и провела ее в комнату, стены которой были выкрашены в насыщенный кроваво-красный цвет. Большую часть комнаты занимала огромная кровать с балдахином. Сильвия заметила, что камин приготовлен для разведения огня.
– Не затопишь ли камин, Полли?
– Я не ваша горничная, мисс, – фыркнула Полли.
Сильвия отвернулась. Конечно, Полли разговаривала совершенно неподобающе, но граф вряд ли станет слушать жалобы. Несчастная подозревала, что ему даже нравится, когда его невеста испытывает неудобства.
Леди Сильвия поставила стул перед туалетным столиком и посмотрела на себя в зеркало. «Скорая свадьба не идет мне на пользу», – устало подумала она. Лицо осунулось, глаза утратили былой блеск.
Девушка взяла со столика щетку и начала расчесывать мокрые волосы. Но через минуту рука ее упала, она склонила голову перед своим безразличным отражением и беззвучно зарыдала.
Поднять голову Сильвию заставил грохот бьющего в окно града. Вдруг ослепительное белое сияние наполнило комнату и одновременно осветило ее испуганное бледное лицо в зеркале. В следующий миг раздался глухой раскатистый удар грома.
В зеркале гостья увидела, что дверь приоткрылась и в комнату заглянула Полли.
– Ваш жених велит вам спуститься к чаю.
– Я подожду здесь, пока не приедут мои родители, – тихо ответила Сильвия.
– С чего вы взяли, что они сюда приедут? – искренне удивилась Полли.
– Граф сказал, что… ждет их.
– Первый раз слышу, – фыркнула Полли.
– Быть может, он просто не сообщил тебе. Он мог предупредить кухарку.
Полли снова фыркнула.
– Я и есть кухарка.
– Т-ты?
– Здесь кроме меня есть только лакей-конюх. Да еще женщина, которая приходит убираться, но она подчиняется мне, – высокомерно ответила Полли.
Сильвия, как в тумане, спустилась следом за Полли в гостиную.
Граф полулежал в большом мягком кресле перед камином. Когда Сильвия вошла, он не встал, а просто указал ей на кресло напротив. Она села, решив дождаться, пока Полли выйдет, чтобы заговорить. Но Полли не спешила. Она долго возилась с чайными приборами, стоявшими на отдельном столике, и даже начала что-то напевать себе под нос. Все это время хозяин дома с интересом смотрел на Сильвию.
Наконец Полли поставила перед ними чашки и разлила чай, после чего, задрав нос, покинула комнату. Едва за служанкой закрылась дверь, Сильвия поставила чашку и развернулась к жениху:
– Зачем вы обманули меня, сэр?
– Обманул вас?
– Не притворяйтесь, вы знаете, о чем я говорю. Вы сказали, что сегодня сюда приглашены мои родители.
Граф усмехнулся и с притворным раскаянием потупил взор:
– Да, сказал. Я негодяй и признаю это.
Сильвия опешила.
– Вы… признаете это?
– Как иначе я мог встретиться с вами наедине? Вы уже много дней отказываетесь видеться со мной. Такого и самый хладнокровный мужчина не выдержит.
Сильвия вскочила, сбив со стола чашку чая.
– Как… как вы смеете? Мои родители с ума сойдут от волнения. Они не знают, где я.