Задание мне предстоит не новое, вылететь завтра по определённому маршруту, прибыть в такое-то время в указанную точку, где и сбросить на противника наш смертоносный груз в виде бомб. Успехом операции можно будет считать полный разгром и уничтожение противника.
— А что там, на восточном Памире происходит? — выслушал Изотова и не удержался от вопроса. — Почему понадобилось бросить все дела на Пяндже и в срочном порядке перенацеливаться на восток?
— Китайцы в очередной раз вознамерились оттяпать наши территории!
— А на Пяндже что? Что-то другое происходит? — не удержался от сарказма. — Если уж взялись наводить порядок в одном месте, так и нужно было довести там дело до логического конца. Полетали бы, посмотрели сверху. Глядишь, и обнаружили бы ещё несколько отрядов. Ну и…
— Что «ну и»? — нахмурился Изотов. — Я порой удивляюсь авантюрному складу вашего ума. Вы где всего этого успели нахвататься, Николай Дмитриевич? Это же чужая территория!
— Это вы англичанам с афганцами расскажите, про чужую территорию, — теперь уже и я нахмурился. — Глядишь, и послушаются они вас, перестанут разбойничать на нашей земле. Нет, нужно было поступить так, как я говорю. Полетали бы мы с вами за Пянджем, навели бы шороху на банды, сразу бы толк появился. Убрались бы они за Гиндукуш и сто раз бы подумали, стоит ли обратно возвращаться! А потом можно и маньчжурами заняться.
— Не находите, что от вашего предложения попахивает авантюризмом?
— Нет, не нахожу. Это единственное правильное и конкретное предложение. Иначе мы порядок на Памире будем годами наводить. А здесь, на минуточку, каждый день люди или гибнут, или их в плен угоняют! Сколько, вы говорили, женщин и детей уже в Афганистан угнали?
— Ничего подобного я вам не говорил, — пробурчал полковник. — Интересно, откуда вы всю эту информацию получаете?
— Работать лучше нужно, — отмахнулся от вопроса.
Ну, да, уколол этим полковника. Ну а как иначе его расшевелить, не свои же секреты рассказывать? Как сломать ныне существующую систему взглядов на положение на Памире? Очень уж тут всё неторопливо движется. А людей уничтожают. Нет, необходимо пробить эту броню равнодушия…
— А мне-то вы зачем всё это говорите? — пропустил мой укол мимо Изотов и вроде бы как удивился. — Это всё нужно было генералу Ионову сказать.
— Так и надо было дать мне подобную возможность, — скривился. — Развели, понимаешь, секретность на пустом месте. Почему только сейчас я узнаю о новой задаче? А если бы она была невыполнима для моего самолёта? Что тогда? Снова возвращаться назад?
— Все эти вопросы не ко мне, — проговорил полковник спокойным голосом. — О новом задании я узнал вместе с вами.
Я только и сделал, что руками в ответ развёл. А что тут говорить?
— Я думаю, что сейчас на Пяндже наступит затишье и находиться нам с вами там будет лишней потерей времени, — задумался и после коротенькой паузы тихо проговорил Изотов. — Слишком эффектно уничтожили мы ту группу. Да ещё во главе с британским агентом.
— И что? — не сообразил сразу, голова другим была занята. Решал про себя, что и как я в следующий раз генералу скажу. Молчать не стану, всё равно мне терять нечего. А вот польза может получиться несомненная. Да если бы я знал сразу про поставленную задачу, я бы и маршрут заранее проработал и, может быть, сразу бы с собой бомбы взял. И не пришлось бы нам столько времени на ожидание терять!
— Шум поднимется на весь Памир, — повторил Изотов.
— Как поднимется, так и утихнет, — не согласился. — Подождут немного, пока не убедятся в нашем отсутствии, и снова полезут через реку. И будет ещё хуже для местного населения, как это всегда бывает.
— Вам-то откуда знать по молодости лет, как это всегда бывает? — с очень заметным сарказмом в голосе ответил Изотов. И испытующе посмотрел на меня, мол, что отвечу?
— А разве когда-то было иначе? — не стал углубляться в детали. Ну что я ему могу сказать, о чём поведать? Разве только о своих послезнаниях? Что всегда и везде, стоит нам только откуда-нибудь отступить, оставить врагу какую-то свою территорию, как туда тут же приходит противник и начинает зверствовать многократно…
— Вы правы, — после недолго молчания всё-таки согласился полковник. — Его превосходительство на совещании как раз и рассказывал про эти зверства. Насчёт афганцев вы всё уже знаете, своими глазами увидели, что они творят на нашей территории. Маньчжурские войска поступают точно так же. Но не будем сейчас о них, у нас есть приказ, и нам необходимо его выполнить. Его превосходительство приказал не церемониться. Рассказывайте, как будете действовать?