И потянулся за фотоаппаратом, с деловитым видом расчехлять его принялся.
— Они, ваше высокопревосходительство, — убеждённо ответил капитан.
— Николай Дмитриевич, что будем делать? — теперь уже оба на меня смотрят.
Один в звании капитан, другой целый полковник, а спрашивают совета у простого юнкера. Ну, не совсем простого, но всё же, всё же. Мы же обо всём ещё на земле договорились. Забыли, что ли, все договорённости от волнения? Понимаю, очень необычные условия для работы, и сама работа необычна по своим условиям. Во как завернул, сам запутался! Но ведь по сути всё правильно, ни в одном утверждении не ошибся. Опять же, на борту у меня все военные, а для настоящего военного ведь как? Чем больше разрушений, тем лучше должно быть!
Похоже, придётся напомнить, мне не трудно:
— Будем работать по плану, — отвечаю, а сам уже кручу влево тридцать, да с одновременным снижением. Нельзя время терять, быстро всё нужно делать. А то попрячутся бандиты куда-нибудь, и ищи их потом до морковкиного заговенья.
Как раз тропа с целями по правому борту осталась, на руку полковнику. Он затвором и защёлкал. Для отчётности.
На показания высотомера не смотрю, условия сейчас простые, тут и приборы не нужны. В горизонт перехожу на уровне вершин, ниже не полезу. И сразу занимаю боевой курс. В общем, целюсь прямо на тропу с маньчжурами. И пройду я над ними где-то метров двести выше. Или чуть больше, разница уже не принципиальная.
Заметили нас сразу. Но им деваться сейчас некуда, если только вниз по тропе бежать. Или вверх. А они растерялись, на месте замерли, головы позадирали, самолёт рассматривают. Правильно мы решили, не успели ещё слухи по горам разойтись, не ждут они от самолёта ничего плохого. Лошади или что у них там, умнее всех оказались. Заволновались от рёва мотора. А тут ещё и эхо по ушам давит, на психику действует, они и забились. Бандиты их усмирять кинулись, им теперь вообще не до нас стало.
Это не пикирование, здесь через прицел не сработаешь, «на глазок» придётся сыпать. И прежний опыт мне в помощь.
— Пошёл! — командую сам себе и дёргаю вверх рычаг сброса бомб.
Как шёл в горизонтальном полёте, так бомбы и сбросил. Прямо на тропу. Поражение всё равно стопроцентное будет. Не от бомб, так от осколков, не от осколков, так камнепад сверху сойдёт, дорогу завалит, всех в пропасть сметёт. Мало никому не покажется. И рука не дрогнула. Потому что перед глазами стояло сожжённое дотла поселение с замученными телами…
Ушли за перевал, нас даже взрывная волна не достала. А потом вернулись, посмотрели на результат. Изотов щёлкнул пару раз затвором фотоаппарата и отвернулся. Не на что там смотреть, нет никого и ничего, кроме каменной свежей осыпи. Попал я или не попал, уже и не важно. Главное результат есть…
В этот же день сделали ещё один вылет, но уже в другую сторону, на юг. И тоже небезрезультатно. Довольный Аносов вновь указал нам цель, по которой я и отработал.
Сбрасывать бомбы пришлось с пикирования, так как на этот раз банду мы поймали внизу, в долине. После работы развернулся на сто восемьдесят, чтобы Изотов запечатлел на плёнку результат, ещё и прошёл над дымящимися воронками пониже, для пущего эффекта.
Сам ничего не заметил, Изотов тоже промолчал, от фотоаппарата не отрывался, а вот капитан вдруг встрепенулся и приник к стеклу, явно что-то там, на земле, этакое увидеть сумел.
В общем, заинтересовал меня Аносов очень своим необычным поведением, и дальше я старался всё время его в поле зрения держать. Поэтому и увидел, как капитан довольно улыбнулся, наклонился и что-то проговорил на ухо полковнику. Константин Романович от услышанного явно опешил, опустил фотоаппарат и уточнил:
— Уверены?
— Так точно, — кивнул капитан. — Я в подобных делах не ошибаюсь.
Изотов пристально поглядел на памирца, задумался на секунду, вздохнул и обратился ко мне:
— Николай Дмитриевич, надо бы нам как-то приземлиться… — и пожал виновато плечами, мол, не по своей воле прошу, а по просьбе начальника отряда.
— Что? — сначала не понял, что за странная просьба. — Куда приземлиться? Зачем?
— Снижайтесь, Николай Дмитриевич. И садитесь где-нибудь здесь, — смотрит на меня полковник. — И это не просьба, это приказ.
— Опять ваш англичанин? — оставляю за собой последнее слово и уже снижаюсь, ищу более-менее подходящую площадку для приземления.
— На этот раз нет, — услышал меня Изотов и произнёс многозначительно. — Но результат вам понравится, обещаю…
Гляньте ради интереса, как можно сесть на неподготовленную площадку. Вот вам ссылочка:
https://yandex.ru/video/preview/6909805579071940115?dark_theme=system&mstatid=100000000