Вполне понятный встречный интерес Емельяна Федотыча, а именно так представился мне старший деревянных дел мастер, пришлось и здесь удовлетворить в полной мере.
Рассудил так — что от кузнечных дел мастеров, что от столяра с плотниками сейчас зависит очень много. И будет зависеть в будущем. Скрывать, для чего мне всё это, не стал. Так и сказал, хочу в небо подняться. Из всего заказанного буду собирать летательный аппарат!
Пришлось и здесь доставать и разворачивать вторую копию чертежей. Ведь как знал, что понадобится!
Сказать, что мужики малость ох… Охнули, значит, ничего не сказать! Но нужно отдать им должное, если в первый момент креститься начали от осознания того, что увидели, во второй посмотрели как на дурня, когда сумели понять, что же именно увидели…
Ну и в третий уже только задумались. Если княжич настолько в своей придумке уверен, то может и впрямь эта штука будет способна в небо птицей подняться? Наследник он ведь грамоте учён, науки разные изучает, учителя к нему из города приезжают. Было бы что-то несуразное, нешто они бы княжича не отговорили от пустяшной задумки? Разве позволил бы Степан Фролыч хозяйские деньги в таком разе на пустяки тратить?
Сработал в мою пользу ещё и тот факт, что сначала я в кузницу зашёл. Емельян Федотыч об этом сразу спросил, когда более тщательно рисунки мои разглядел. Ну и раз там заказ приняли, то уж ему-то вообще грех отказываться! Негласное соперничество мастеров сыграло мне на руку!
Почесали плотники и столяры в усыпанных стружкою головах, покумекали по-мужицки рассудительно, да и согласились на все мои просьбы после бурного, но короткого обсуждения. Да, именно что на просьбы. Не на приказы, зачем и для чего мне им приказывать? Глупости какие! Я и в кузне вёл себя по-человечески, без барства. Мне нужно добровольное участие, чтобы заинтересованность появилась, чтобы видели и осознавали, что именно делают и для чего! Только тогда будут качественно и своевременно выполнены все работы!
Вот теперь я с чувством выполненного долга и с полным пониманием значимости только что начатого (не побоюсь этого слова!) эпохального изобретения, направил свои стопы в столовую. Если выражаться не столь высокопарным штилем, то пора бы и о собственном брюхе позаботиться! А если ещё проще, то есть очень хочется! Желудок согласно забурчал, и я так явственно представил белую густую простоквашу в большой глиняной кружке, и лежащий рядом с ней на столе ломоть пышного хлеба толщиной в два пальца… Красота!
День был сегодня бурный, событий произошло много, поэтому с чистой совестью можно и отдохну…
— … Ть твою! — выругался, когда чужую коляску у парадного входа увидел. И принесло же кого-то так не вовремя, да ещё на ночь глядя!
На подходе в освещённое окно заглянул и остановился. Ну и есть ли смысл туда идти? Поесть точно не удастся, придётся гостей развлекать. А этого мне делать совершенно не хочется! Как и видеть этих самых гостей вообще. Не за себя обида взыграла, за парнишку! Его стало жалко, дурачка мелкого…
Потихоньку смещаюсь в сторону, ухожу с освещённой дороги в тень. Под липами хорошо, а за ними ещё лучше! Лишь бы движение из окошка не засекли! Вот вроде бы и знаю, что из освещённой комнаты в тёмное время улицу не разглядеть, окна как зеркала будут работать, а всё равно опасаюсь. Очень не хочу с ними встречаться! Не заметили? Нет!
И что дальше делать? Куда пойти? Рассказать кому, не поверят! В собственный дом зайти опасаюсь! Прячусь за деревьями, как… А как кто? Бр-р! И ведь так есть хочется! А не пройтись ли мне до кухни через чёрный ход? Наверняка ведь там кто-нибудь да есть? Неужели не подадут мне корочку хлеба с простоквашей? И… с курицей! Вот курицу бы сейчас съесть самое то было бы!
Мимо по аллее прошли давешние мужики из столярки. Заметили, само собой. Удивился бы, если бы не заметили. Они тут все глазастые! Покосились, но промолчали. Мало ли по какой надобности княжич под липами стоит? Может, отдыхает, цветочки нюхает, а может свидание у него тут назначено. В общем, покосились, побубнили между собой, меня наверняка с очередными моими причудами обсудили, да и потопали дальше. В сторону деревни. Понятно теперь, откуда они все приходят.
Смешно, но к чёрному ходу напрямую идти не рискнул. Обошёл по большой дуге, стараясь держаться подальше от освещённых светом пятен. Мало ли?
И тяжёлую дверь на себя тянул медленно, буквально по сантиметру, застывая при каждом мало-мальском скрипе. И прошмыгнул внутрь юрким ужиком, когда посчитал, что получившаяся щель достаточно широкая, чтобы мне в неё протиснуться!