— А ты мне не будешь лягушку за воротник засовывать?
Сказать, что я растерялся, значит, ничего не сказать! Но тормозить не стал, шагнул в комнатку, дверь за собой притворил, улыбнулся легонечко:
— Нет, не буду.
А девчушка смотрит требовательно, взгляд серьёзный, не детский. Пришлось добавить:
— Видишь, я немного вырос и повзрослел. А взрослые подобными глупостями не занимаются!
— И варенье на стул не станешь мазать, чтобы платье прилипло?
— Обещаю, больше никакого варенья! Клянусь! — и руку вверх поднял для усиления эффекта. Ну и дурак же этот мой предшественник! Был! Кое-что становится понятно.
— Ну ладно тогда, можешь проходить, — только сейчас отшагнула в сторону, окончательно освободила мне проход. И смотрит внимательно, каждое моё действие отслеживает. Клятва клятвой, но не доверяет ещё, ясно.
Уже собирался на стул плюхнуться, да вовремя остановился — этикет же! Уселся после того, как сестричка на другой стул аккуратно примостилась. Ну и жду, пока она платьице расправит на коленях, пока спинку выпрямит, подбородок приподнимет. В общем, девчушка старательно принимала светскую позу для непринуждённой беседы в приличном обществе. Как учили, короче.
— Слушаю, — подняла на меня глазки. — Спрашивай.
Ох ты ж, сколько манерности и чопорности. А ведь мелкая же совсем. Ну да ладно, приступим к исправлению ранее навороченного. Зачем мне это нужно? Всё равно ведь скоро уеду? Нужно! Мне и отцу, нужно им, сёстрам моим, всё-таки случись что, наследник тут я и только потом они. И лучше всем нам жить в мире. Да и просто жить легче, когда за спиной у тебя находятся совсем не чужие люди…
— Расскажи, где были, что видели, что больше всего понравилось, по душе пришлось. Да просто расскажи, мне же интересно. А то сижу здесь, в имении, как сыч, и никуда не выхожу!
Оленька встала, подскочил и я — приличия, чтоб их! Прошла к точно такому же, как и у меня в комнате столу, выдвинула ящик, достала кучу открыток и фотографий, тщательно, стараясь, разложила ровными рядами на столе.
— Вот, смотри, это я с мамой и Леночкой на площади перед отелем. Это на водах. Там так интересно, в кружечки такие тяжёлые воду наливаешь и выпиваешь мелкими глоточками. Потом обязательно нужно погулять…
Мелкая постепенно разговорилась, сама увлеклась рассказом, затараторила, подсовывала мне то одну фотографию, то другую. Показывала разные открытки, с местными видами и просто открытки, смеялась заливистым смехом-колокольчиком. Даже раскраснелась от эмоций. Из того же ящика вытащила коробочку-корзинку с крышкой, открыла её. С самым таинственным видом сунула внутрь свою ручонку, помедлила, наслаждаясь торжественностью момента и достала завёрнутую большую конфету.
— Вот, попробуй, — протянула её мне с доверчивым видом. — Только бумажку постарайся не помять, я их все сразу в другую коробочку складываю. Они такие красивые и так вкусно пахнут. Зимой буду доставать и вспоминать, как нам было хорошо!
Развернул осторожно обёртку, откусил маленький кусочек, закатил от восторга глаза, помычал — м-м, вкуснотища какая! Сестрёнка глаз с меня не сводит, очень внимательно наблюдает — понравится ли мне угощение или нет? Переживает, сразу видно. Даже кулачки сжала. Обрадовалась, когда я восхищение выразил, даже вздохнула довольно. Дурак был мой парнишка, точно, дурак!
Потом ещё послушал, потихонечку подкидывал безобидные вопросы по теме, к чему-то большему не рискнул приближаться. Всё уже и так понятно. Теперь бы закрепить достигнутый результат, чтобы установившееся между нами хрупкое доверие сохранилось.
Неожиданным оказался встречный вопрос про построенный мной аэроплан. Вот так прямо и сказала — аэроплан! Тут я не удержался:
— А ты уже видела что-то подобное? Где?
— Да там же, — тоненьким, почти прозрачным розовым пальчиком, в открытку с городским видом ткнула. — Папенька нам билеты купил на представление. Вот там и видела!
— А что именно? Какой там был самолёт?
— Самолёт? Ах, аэроплан! — сообразила девчушка. — Такой… Два крыла, одно над другим, мотор. Дыму от него было, ужас сколько! Леночка всё чихала тогда сильно. Мы потому и не досмотрели до конца представление, ушли…
Ишь, мелкая-мелкая, а соображает уже. Мотор, два крыла, дым…
— Хочешь, я тебя на своём аэроплане прокачу? Как папеньку сегодня? У меня он без мотора, никакого дыма не будет, не зачихаешь.
— Хочу, — сразу же загорелась сестрёнка. И после короткого раздумья рассудительно добавила. — Да только мне маменька не позволит. Она так за это папеньку ругала, что даже мы с сестрой слышали!