— Курсанты встать! Смирно! — капитан Сен-Жак делает шаг нам навстречу и начинает рапортовать, но взмахом руки подполковник Луна его останавливает: — Вольно! Продолжайте занятия. — бросает беглый взгляд на авиадвигатель, установленный на подставку и затем с видимым интересом начинает осматривать стены нашего учебного класса, сплошным ковром увешанные плакатами с изображением деталей двигателя «Гном-Рон», схемами планера самолёта «Девуатин 371» и его основных узлов. Вижу что на столе у инструктора громоздится внушительная пачка из ещё неразобранных плакатов. Видимо в одном из ящиков вместе с авиамоторами сегодня пришла давно обещанная Артуром Анатрой посылка с «наглядной документацией». А вот это очень даже своевременно! Честно говоря мне уже надоело «на пальцах» объяснять своим механикам в чём состоят отличия между «авиа» и «авто» двигателями. Но если к тому же дополнительно пришли плакаты со схемами и чертежами пулемётов и авиапушек, то тогда можно смело начинать обучение оружейников и зенитчиков. А вскоре глядишь и наши лётчики «подтянутся»! Но моё приподнятое настроение подпортил и вновь опустил «ниже плинтуса» мой зам, подойдя ко мне и тихо проговорив:
— Мсье Команданте, у нас новое «ЧП». Эти разгильдяи из отделения охраны с утра пораньше где-то раздобыли три кувшина с «орухо» и вдобавок приволокли на свою гулянку портовых путан. В настоящий момент казарма взвода охраны представляет из себя самый настоящий низкопробный марсельский бордель. Надо с этим что-то немедленно делать и подобные безобразия в дальнейшем прекращать. Солдаты гарнизонной комендатуры окончательно распустились, на мои замечания демонстративно не реагируют. Очень опасаюсь, что таким своим неприглядным поведением они уже начали пагубно влиять на дисциплину наших курсантов!
Что? Самогонка и портовые шлюхи на вверенном мне объекте? Ну всё, я буду не я, если прямо сейчас к кому-то «в гости» не нагрянет неожиданный «полярный песец». Достали окончательно! За прошедшую неделю мне уже дважды пришлось «выяснять отношения» с наглым капралом, предводителем шайки этих бездельников, но похоже, что обычные увещевания на них совершенно не действуют. Однако начиная с сегодняшнего утра они уже в полном моём подчинении, но об этом «своём счастье» пока что не догадываются. Вот прямо сейчас пойду и «обрадую» эту банду, а заодно припомню как «строить» зарвавшихся дедов. Мне-то к этому уже не привыкать. Во время срочной службы в «далёком будущем» всякое бывало. Молча покидаю класс и направляюсь в казарму караула возле северного КПП. Шлагбаум опущен, но на КПП никого нет. Хм, вот почему-то совсем даже не удивлён. Открываю дверь в караульное помещение… Дневальный у входа по вполне мне понятным причинам отсутствует, дежурный тем более, а в комнате начальника караула «дым стоит коромыслом». За импровизированным «достарханом» с остатками недавнего обильного «пиршества», в обнимку с пьяненькими солдатиками сидят три поддатые и уже изрядно помятые девахи. В замызганных платьях с расстёгнутыми до пупа воротами, оголёнными плечами и демонстративно выставленными напоказ обвисшими «прелестями». Да уж… точно, бордель! Шарль Сен-Жак не ошибался. И всего неделю назад это была совершенно новая казарма? Ну как же можно так загадить всё помещение? Вот же свинтусы! Мрачно оглядываю пьяное сборище и начинаю потихоньку закипать. Денёк сегодня и так с самого утра выдался у меня слишком уж напряженным, да тут ещё эти… всё настроение мне испоганили.
— Встать! Смирно! — парочка солдатиков потрезвее и явно моложе «ветеранской когорты» шустро вскакивают и замирают, но вот остальные «верные поклонники Бахуса» так и продолжают сидеть, в тупом оцепенении выпучив на меня свои пьяные зенки. Язвительно усмехаюсь и продолжаю: