Разворачиваюсь через левое плечо, перевожу взгляд на флагшток и замерших возле него парней. Энеко Ибарра, по прозвищу «Малыш», наш курьер-посыльный и «универсальный водитель» всего, что имеет колёса. Будь то велосипед, мотоцикл, конская повозка или аэродромный топливозаправщик. Юноша втайне мечтает стать пилотом или хотя бы «пробиться» в авиамеханики, но пока что ему доверено поднимать флаг, чем он несказанно гордится. Рядом с ним стоит его друг Элорри Гойкочеа, бывший студент мадридской консерватории, ставший у нас штатным писарем эскадрильи и «по совместительству» горнистом. Элорри большой знаток французского языка и литературы, к тому же «и на машинке умеет». В смысле на печатной, а не швейной, но и почерк у него такой, что даже я завидую. Первый помощник у моего зама, но у меня на него тоже виды имеются. Вскоре из Франции должны прибыть первые четверо пилотов и вот что-то я сильно сомневаюсь в том, что все они окажутся «испаноговорящими». Во всяком случае мой друг Анри Розе вряд ли. Что-то я не припомню чтоб он об этом мне говорил, но может просто случая такого не было? Но в любом случае лишний переводчик нам точно не помешает. Глубоко вздыхаю и отдаю команду:
— Государственный Флаг Страны Басков поднять! — звонко поёт горн и флаг взвивается вверх. Вновь разворачиваюсь к строю:
— Эскадрилья! Вольно! Р-разойдись! — всё, новый рабочий день начинается.
У моих парней есть полчаса чтоб оправиться и привести себя в порядок, затем завтрак и развод по учебным классам. У взвода охраны своя учебная программа и с ними отдельно занимается их взводный командир. А что касается остальных занятий, то наших зенитчиков сегодня с утра продолжит «учить пулемёту» Шарль Сен-Жак. Капитану, как бывшему пилоту бомбардировщика лучше, чем кому-либо из нас досконально известны все уязвимые места современных самолётов и всяческие неожиданные сюрпризы, что летунам могут преподнести те «кто сам не летает и другим не даёт». У меня же до обеда совместные занятия с механиками и оружейниками, а вот после обеда очередной облёт Бискайского побережья до границы с Францией и возвращение «на базу» вдоль границы с Наваррой по маршруту, разработанному совместно с моим вышестоящим командованием, подполковником Мартином Луна. Тем более, что один «халявный» истребитель он мне всё-таки выделил, а цель полётов в общем даже одобрил и завизировал. На часах семь с четвертью, наступает время для снятия пробы «с пищевого довольствия». Направляюсь к столовой и уже по укоренившейся привычке пристально вглядываюсь в небо. Всё как обычно, лёгкий свежий ветерок с моря и пронзительная синева над головой. Синоптики не обманули. Вот уже шесть дней как нет ни дождей, ни туманов. Действительно «безоблачное небо».
Но что в том толку, что оно «безоблачное»? Если уже к полудню солнце спрячется за серой пепельной вуалью, а лёгкий ночной бриз сменив своё направление вскоре принесёт с континента очень даже хорошо ощутимый горький привкус гари и дыма. Вот уже пять недель на всём Пиренейском полуострове полыхает гражданская война. И «полыхает» — это вовсе не изящная метафора или просто «фигура речи». Жарко горят монастыри и деревенские часовни, в золу обращаются дворянские дома и усадьбы, дотла выгорают рабочие посёлки и лишь горячий пепел остаётся на месте сожжённых крестьянских подворий. И повсеместно, щедро, не скупясь, «на алтарь грядущей победы» льётся людская кровь.
На территориях подконтрольных мятежникам генерала Хосе Санхурхо вовсю свирепствуют «военно-полевые суды». А в провинциях, сохранивших верность Республике, в свою очередь обильную кровавую жатву собирают «революционные трибуналы». И даже затрудняюсь сказать, чей «вклад» в кровавое подношение богу войны более весом. Гражданские войны по накалу сражений и своей ожесточённости ни в чём не уступают войнам межгосударственным, а по своему кровопролитию, продолжительности и беспощадности зачастую их превосходят. Так было во второй половине прошлого столетия в период пятилетней войны «Севера и Юга» в США. Тоже самое происходило в начале столетия нынешнего в бывшей Российской Империи, во времена не такой уж и далёкой «кровавой пятилетки» восемнадцатого — двадцать второго года. Но сегодня эта страшная беда пришла на многострадальную землю Иберийского полуострова.
По пыльным дорогам Испании устало бродят неприкаянные толпы отчаявшихся людей, оставшихся без куска хлеба и крова над головой, в тщетной надежде найти себе хоть какое-то временное пристанище и пропитание, или, каким-либо чудом покинуть этот обезумивший край земли. Иностранные посольства в Испании буквально осаждены желающими эмигрировать в любую точку земного шара, лишь бы только как можно скорее покинуть эту страну, вдруг в одночасье ставшую очень опасной и столь же негостеприимной. Но возможности дипломатических представительств не безграничны. В первую очередь все эти миссии стараются оказывать посильную помощь именно своим соотечественникам, на беду выбравшим это крайне неудачное время для своей туристической или деловой поездки. Республиканское правительство в Мадриде, в свой черёд также прилагает максимум возможных усилий, чтоб как можно быстрее помочь иностранным гражданам покинуть территории, охваченные братоубийственной войной. Порой даже закрывая глаза на то, что под видом иностранцев и по фальшивым паспортам зачастую за рубеж выезжают «коренные» испанцы, не захотевшие давать присягу на верность Республике. Видимо старая поговорка «баба с возу — кобыле легче», знакома не только русским.