Думал после обеда немного отдохнуть, но Сен-Жак все планы мне порушил, устроив форменный «разбор полётов». Наедине в штабе и, довольно нелицеприятный. Весь мой «бой» разобрал на фрагменты и потыкал носом в «косяки», раскритиковав «тактику боя» в пух и прах. Давненько меня так никто не чихвостил, даже как-то «неуютно» вдруг себя почувствовал. Всё-таки этот капитан — лётчик с большим боевым опытом, хоть и бомбардир. И наглядные примеры приводил из своего прошлого. В общем, мне гордиться-то оказывается нечем, победил в этом бою чисто за счёт везения. Повезло, что тот наблюдатель отвлёкся. Но вообще-то, его шансы сбить «неподвижную мишень», атакующую «в лоб», были намного выше чем у меня, стреляющего по «мишени движущейся». Ну так-то да, по сути у нас там было два пулемёта против двух. И вот кто же меня за язык-то тянул, рассказывать Шарлю о своем просчёте с пристрелкой крыльевых пулемётов и пушек?
— Мало того, зачем-то рисковал, прижимаясь к вражескому «Бреге-19». Но если б там сидел фанатик, то в узком ущелье уйти от столкновения стало бы невозможно, если бы он на это решился. Ты же скорости сам уровнял и тем самым преимущества себя лишил! — вот чёрт, а об этом я как-то и не подумал!
— Шарль, так что мне оставалось делать? Просто расстрелять пилота в спину? Так он сдавался! Это как-то совсем уж не благородно. Я вот предпочёл рискнуть, а в итоге и пилот жив, и мы получили неплохой приз! — Сен-Жак грозно хмурится, отрицательно мотает головой и экспрессивно выпаливает:
— Да Мишель! Да! Ты должен был просто банально его сбить, а не глупо рисковать. Вот ты знал, что в тот момент было в голове врага? Нет! Этого ты знать никак не мог. Пойми, в погоне за «призом» важно самому этим «призом» не оказаться. На Великой Войне выживали только те, кто был беспощаден к своим врагам. Мы не зря прозвали Освальда Бельке и Альбрехта Рихтгофена «хладнокровными убийцами». Эти «рыцари неба» не оставляли после себя подранков и не считали нужным давать нам шансов выжить. Это в своих мемуарах можно рассуждать о благородстве и рыцарстве, но до мемуаров ещё нужно дожить! — мой друг неожиданно ухмыляется.
— Запомни, Мишель. Пилоты бывают рискованными и бывают старыми. Но не бывает старых рискованных пилотов. — хм, это мне кажется, или я уже где-то слышал что-то подобное?
— Пойми, Команданте. На тебя сейчас слишком много всего завязано, и ты просто не имеешь права попусту рисковать своей жизнью. — и немного помолчав, добавляет: — Мне бы очень хотелось увидеть воплощение твоих наработок в деле. То, о чём ты мне рассказываешь, сегодня нигде не применяется. Я не знаю, где ты набрался подобных идей, но по меньшей мере всё это выглядит очень интересно. Давай сначала создадим эскадрилью, обкатаем твои тактические наработки, а потом уж рискуй себе на здоровье! — и Шарль заразительно смеётся.
Вот и поговорили. Что называется, лихо он спустил меня «с небес на землю», а то уж было совсем возгордился и «нимб позолоченный» решил себе заказывать. Шутка. После «разбора» проверяем готовность нашего «лётного парка» к встрече с непогодой. В Атлантике холодный фронт воздуха встретился с тёплым. Что сейчас там творится, даже представить страшно. Вспоминаю своё последнее «путешествие» и сразу тошно становится. Летом шторма случаются намного реже чем зимой, но всё-таки случаются. Через полторы недели прибывают наши пилоты из США и Парагвая. Надеюсь, что к этому времени сильный шторм уже сойдёт на нет. На мои «письма счастья» несмотря на некоторое моё сомнение отклик всё-таки пришёл. Вот только жаль, что Клэр Шеннолт не приедет. Его всё-таки уволили отправив в отставку, но повысив «на прощание» до капитана. Он сейчас где-то в Китае и Нельсон пишет, что знающие люди поговаривают, что его командир неплохо там устроился. Мол, получил чин майора, и даже сама королева к нему благоволит, а он занимается созданием китайских ВВС. Но из штатов к нам всё равно прибудут четверо истребителей. Это мои старые знакомые; первый лейтенант Скотти Нельсон и второй лейтенант Роберт Латер. Ого! Уже успели ещё по одной «звёздочке» на погоны получить. С двумя другими пилотами пока незнаком, но Нельсон в письме утверждает, что они тоже бывшие инструкторы и отличные пилотажники. Цель поездки не скрывают. Фашистов они недолюбливают, однако их интерес, в общем-то, вызван моим обещанием хорошего заработка. Типичные наёмники, но мне с ними не коммунизм тут строить и, мне тоже «не важно какого цвета кошка, лишь бы она мышей ловила.»©
Удивил Порфёненко. Вот уж не ожидал, что Владимир Николаевич изъявит желание вновь отправиться на войну, а как же его молодая жена? Думал что он просто кого-нибудь завербует по моей просьбе, но нет, сам едет. И везёт с собой тоже моих старых знакомых по Гранд-Чако, но всего двоих; американца Нормана Дрисколла и англичанина Уолтера Гуина. Видимо больше желающих подписать новый контракт не нашлось, да и выбора особого в Парагвае нет. Хороших лётчиков, а тем более опытных истребителей, там совсем мало. Кстати, правительство Парагвая в последний момент лихо «бортануло» русских генералов с их идеей создания в Латинской Америке «Русского анклава» на его земле, впрочем, так же, как и в моём мире. Пока шла война с Боливией генералам обещали земли и «широкую автономию» в границах Парагвая. Но как только война стала подходить к своему окончанию, так и денонсировали все договорённости по созданию этого анклава. Просто испугались последствий столь «широкомасштабной автономии», что была заявлена ранее. Так понятно же сразу было, что если бы туда со всего мира хлынуло несколько десятков тысяч эмигрантов из бывших офицеров Российской Империи, а затем и сотни тысяч рядовых солдат и казаков «понаехали»… Они бы не только всю элиту страны под себя положили (в прямом и переносном смыслах), так и всех бы индианок в стране оприходовали. И через пару поколений весь Парагвай заговорил бы уже на русском языке. Вот этого и испугались.