Это довольно большой, тяжёлый и сугубо гражданский самолёт. В салоне его фюзеляжа ранее располагалась навигационная и фото-киноаппаратура для картографической съёмки местности, а также два «фото и кино оператора», радист, штурман и пилот. Однако местные умельцы за короткий срок сумели превратить этого тихоходного картографа в «грозный бомбардировщик». Для чего у него сняли большую «автомобильную» дверь с правой стороны фюзеляжа самолёта, всю его аппаратуру аккуратно демонтировали и сдали на склад, а на уровне чуть выше порога двери закрепили стальную штангу, на которую при помощи втулки-шарнира приклепали «бомбосбрасыватель». А по сути, это самый обычный деревянный жёлоб, сколоченный из трёх широких двухдюймовых досок. Полметра этого «бомбосбрасывателя» всегда торчат из проёма демонтированной двери наружу, но никого из экипажа этот факт как-то особо не смущает.
Этот «бомбардировщик» несёт на своём борту три стокилограммовые осколочно-фугасные бомбы. Две на стеллажах внутри фюзеляжа и одну уже «снаряжённую» прямо в жёлобе. По команде пилота два «бомбардира» подхватывают за ручки и задирают задний конец «бомбосбрасывателя» к потолку салона, а бомба под своим весом соскальзывает по жёлобу за борт самолёта. «Бомбосбрасыватель» опускается вниз, после чего в жёлоб укладывается очередная авиабомба и происходит её «снаряжение» прямо во время полёта. Естественно, такое вот довольно примитивное бомбометание по принципу «на кого бог пошлёт» оставляет «желать лучшего». Но если уж авиабомба упала, то всем, кто в этот момент находится рядом «мало уже не покажется». Остаётся лишь добавить, что вся защита этого «грозного монстра» от истребителей, состоит всего лишь из одного ручного пулемёта «Льюис», закреплённого кустарным способом в кабине пилота. Но ведь они летают, бомбят и на свою жизнь не жалуются! Так чего ж мне-то зазря жалобами бога гневить? У нас-то как раз все условия самые что ни на есть божеские.
После «разбора полётов» подполковник Луна скрепя сердце дал своё «добро» на дальнейшее «расходование ресурсов». Обстановка пока позволяет, патрулирование границы легло на плечи «Бискайского авиакрыла», а «Корсары» ещё три дня «бомбили» мишень. Но теперь моим волевым решением бомбометание велось с высоты в четыреста метров и с пологого пикирования. Возражения, что сейчас «так никто и нигде не делает» мною были нагло проигнорированы. Мы всё-таки не бомбардировщики, бомбёжка — это всего лишь единичный эпизод в боевой работе истребителя и, следовательно, тактика бомбардировщиков нам совершенно не подходит. Но предварительно мы подорвали на полигоне несколько авиабомб «полусоток» и замерили разлёт осколков. Ну что сказать? Да, я был в шоке.
Некоторые из осколков поражали мишени даже на расстоянии в семьсот метров! Пусть отметины от этих попаданий и были незначительными, но получить «зарядом крупной картечи по филейной части» от своих же авиабомб? Ну знаете, это как-то уж совсем «не комильфо». Да и откуда я вообще взял тот факт, что разлёт осколков стокилограммовой бомбы опасен лишь на расстоянии в сто метров? Оказывается, это касается только ударной волны! У меня по всей коже мурашки размером с ёжика пробежались, когда осознал, что в том, уже прошедшем бою, при подрыве боезапаса на «Бреге-19» проскочил буквально «по кромке» и меня уберегло только провидение. Однако после тщательных расчётов мы пришли к выводу, что если при минимальной скорости в двести пятьдесят километров в час сбрасывать бомбы на «цель» с пологого пикирования в тридцать градусов и с высоты не более трёхсот метров, а затем сразу же выводить истребитель в набор высоты на максимальной скорости, то шансы получить повреждения от собственных авиабомб стремительно уменьшаются. Но вот точно прицеливаться по цели на земле при таком пикировании уже становится возможным и с помощью наших прицелов.
Однако даже в теории превращать свои истребители в пикирующие бомбардировщики или штурмовики у меня особого желания нет. За два дня учебного бомбометания наша «мишень» превратилась в груду металлолома, а вот третий день с применением уже настоящих авиабомб вообще разнёс её на мелкие кусочки. Доложив вечером подполковнику об успешно освоенном бомбометании пригласил на утро одиннадцатого августа на наш полигон для демонстрации «новой тактики», пообещав ему «незабываемое зрелище». Ну, так-то да, даже ничуть не приврал. С пикирования пока что «массово» вообще никто и нигде ещё не бомбит. Мне попадались в тематических журналах лишь отрывочные сведения о том, что этой проблемой сегодня всерьёз занимаются в США и Германии. Да в Италии также ведутся разработки в этом направлении, но там у конструктора возникли какие-то проблемы с финансированием. Но вот есть ли уже в этих странах полноценные пикировщики, а тем более тактика их применения, это мне совершенно неизвестно. Секретность! Паранойя, она такая заразная…