— Пока не забыл. Всем лётчикам отравлено срочное предписание с требованием немедленно вернуться на свои аэродромы. Иначе они будут считаться дезертирами со всеми вытекающими из этого последствиями. Полагаю, что сегодня «Бискайское авиакрыло» в полном составе вернётся домой и нам станет легче. То же самое касается пяти батальонов самовольно перешедших в Кантабрию, но там ещё будет разбирательство, кто и с какой целью отдал этот приказ. Президент настроен крайне решительно и намерен навести твёрдый порядок в войсках. Вот теперь всё! Собирай своих архаровцев, они уже проснулись, и планируй работу эскадрильи на день, а я спать пошёл. И только пусть хоть кто-нибудь посмеет меня побеспокоить! — Шарль с усилием поднимается со стула, делает один шаг к выходу и вдруг замирает. — Ан, нет! Не всё… совсем забыл. Я же вчера днём заезжал на «Бильбо-два» пообедать и там меня встретила одна очень юная и довольно настойчивая особа, попросившая передать тебе свой дружеский привет и горячее пожелание беречь себя! Вот теперь уж точно всё! — Сен-Жак ухмыляется, но больше ничего не произносит и уходит в свою «штабную» палатку, что «делит на троих» со своими помощниками Энеко и Элорри.
Блин! Сегодня же вторник, тринадцатое августа! День рождения Горрии. Девушке исполнилось пятнадцать лет, а я обещал быть на её дне рождения. Что ж, значит не судьба! Но может оно и к лучшему? Ну к чему мне всё это? Идёт война и ещё никому неизвестно, как и что у нас сложится в будущем. Вздыхаю, мысленно желаю девушке всего самого наилучшего в её жизни и стерев улыбку с губ выхожу на улицу. Естественно, все мои пилоты уже собрались в курилке. Прямо-таки «неформальная штабная комната», но так как ранний завтрак у нас сегодня не предвидится, то и смысла идти в столовую на постановку полётного задания никто не видит, да и я не думаю возражать. Утро тёплое и солнечное. Почему бы и не здесь обговорить свои действия. Но, вот всё-таки я недооценил свой «техсостав», эти парни до самой поздней ночи проваландались с нашим вооружением и двигателями, но однако и о своих лётчиках не забыли. Все знают, что завтрак к нам привезут только в восемь часов утра, это не «Бильбо-два» где у нас своя столовая. Но вот отправлять лётчиков «в бой на голодный желудок» посчитали неправильным и с вечера приготовили для нас бутерброды и термоса с кофе. И где только взяли продукты-то? Отварная курица с белым хлебом уже в страшном дефиците, но вот они не поскупились и для «своих пилотов» купили! Немного смущаясь мы всё-таки «навернули» это угощение и после обязательного ритуала с перекуром дружно взлетели. Но уже «на сытый желудок».
Вот не зря говорят, что все планы военных операций верны только на стадии планирования, или до первого выстрела, а у нас как такового и «выстрела» не случилось. Летим на привычной высоте в восемьсот метров и широким «строем фронта», а скорее даже «неводом». Расстояние между самолётами в один километр и цель такого построения — осмотр местности занятой противником на подступах к Толосе и это даёт свой результат. Уже через десять минут полёта в эфире слышу голос «Игрока»:
— «Корсары», внимание! Это «Игрок». Как слышите? По дороге на Толосу в районе посёлка Горрити обнаружена колонна вражеской бронетехники и артиллерии. Впереди идут две танкетки, следом за ними пять бронеавтомобилей «Бильбао», затем два дивизиона французских пушек «Канон», все на жёстких сцепках с грузовиками. Замыкают колонну шесть зенитных «Бофорсов» в транспортном исполнении и тоже на буксире за грузовиками. В грузовиках люди и какие-то ящики, но ещё шесть тентованных грузовиков следуют в отдалении на километр от колонны, груз скрыт под брезентом. Как поняли?
— «Игрок», это «Француз». Поняли тебя хорошо. Латер, нанеси бомбовый удар по замыкающим зениткам, затем останови колонну пушечным огнём по танкеткам и броневикам. По грузовикам, что идут в арьергарде, огня не открывай. Скорее всего там фугасные снаряды к пушкам. Оставим их себе на дессерт. Мы сейчас к тебе подтянемся. Корсары, к бою!
Всё-таки авианалёт для солдата страшен в любом времени. Это «танкобоязнь» можно ещё преодолеть «обкаткой танками», но вот об «обкатке самолётами» мне как-то раньше слышать не приходилось. Стоило нам появится, как все «пассажиры» словно тараканы посыпались с грузовиков и кинулись в кусты на холмах, среди которых и была проложена дорога. Это по ровной степи при желании можно ехать в любом направлении, но в предгорьях весь путь лежит только по одной «колее» с которой никому никуда не свернуть. Вот и вся эта колонна надёжно «застряла в колее» и встала намертво. До нашего появления «Игрок» разбомбил самую последнюю машину вместе с зениткой, а затем поджог все бронеавтомобили и танкетки. Вся колонна растянулась на пару километров и мы как на учениях методично приводили её в состояние «груды металлолома». Но наших скромных возможностей тут явно недостаточно и нам однозначно придётся сюда вернуться, чтоб закончить начатое. Только на зенитки пришлось потратить двенадцать бомб, чтобы гарантированно исключить возможность их ремонта.