— Чтоб они сдохли! Аферисты чертовы! — зло выплюнула Тина, устраиваясь на шезлонге возле бассейна.
Я оказалась права: хитрый блондин обвел покусившеюся на эксклюзивность Вальку вокруг пальца. Как только турникет и раздевалка были пройдены, сестрица, словно ищейка, начала выискивать ту самую вечеринку и того самого Вадика, ради которого не постеснялась нацепить самый откровенный купальник из своего арсенала.
— Где она? — устав искать, Тина, в конце концов, решила разузнать о месте дислокации вышеупомянутого праздника от тех, кто нас пригласил.
— Кто она? — иронично заломив бровь, спросил Лекс.
- Вечеринка, идиот! — вспылила сестрица и одарила рыжего, который беззастенчиво её разглядывал, испепеляющим взглядом.
— Отменили, — пожав плечами, ответил, судя по Валькиному взгляду, будущий покойник, в точности повторяя взгляд рыжего. Вот только направлен он был на меня.
Однако долго наслаждаться зрелищем ему не дали. Оказалось, что помимо оскорблений и косых взглядов, Тина еще больше терпеть не могла, когда её «кидают».
Гнев сестрицы в тот момент был далеко не праведным, он был адским. Руднева, с пылающими щеками и горящими глазами, искусно выплетающая из своей речи непечатные трехэтажные конструкции (я таких отродясь не слышала), напомнила мне того самого Мефистофеля, что вот-вот призовет из преисподней подмогу в лице нескольких сотен бесов.
Парни тоже не отставали (особенно старался Кир) и с не меньшим изяществом отвечали взбешенной сестрице.
Когда люди вокруг нас начали что-то шептать про охрану, я отмерла и оттащила бушующую Валентину подальше от раздражающих объектов. Сил, кстати, на это ушло немало. Я прямо Гераклом себя почувствовала, что совершил свой тринадцатый подвиг. Теперь мы спокойненько отдыхали возле одного из бассейнов, ну почти спокойненько…
— Я их засажу! — продолжала свой воинственный монолог Тина. — Точно! — сестра неожиданно улыбнулась. — Ритка, давай напишем на них заяву? Они ведь у тебя личные вещи украли!
Я с опаской уставилась на счастливую Валентину: «Неужели она серьезно?»
«Серьезно!» — ответили безумные искры в её глазах, и мне пришлось идти на четырнадцатый подвиг.
Спустя полчаса моих аргументов и увещеваний Тина все-таки угомонилась и даже подобрела: какой-то мужик преподнес ей «дорогущий» коктейль.
Напиток, в котором я заподозрила содержание алкоголя, был успешно выпит, а мужик не менее успешно послан:
— Сто тридцать четвертая статья еще никого не оставляла безразличным! — весело пропела сестрица, глядя вслед своему недавнему ухажеру. — Учись, Ритка!
Учиться мне не хотелось. Хотелось наслаждаться… Ласковым солнцем, пьянящим соленым воздухом с нотками можжевелового дерева и странной тишиной, что присутствовала в этом сказочном месте, несмотря на раздающийся со всех сторон гомон и смех. Я почти уснула, когда рядом с нами прозвучало веселое:
— Харе вам киснуть, девчонки! Пойдемте с вертушки сиганем! — над бортиком бассейна возвышалось улыбчивое туловище рыжего, который, видимо, уже успел позабыть все сказанное вспыльчивой Валентиной.
Однако Руднева такое не забывала и решила напомнить еще раз:
— Иди отсюда! Мы с нищебродами не общаемся!
— Кто это нищеброды?! Да Лекс ради нее, — рыжий махнул рукой в мою сторону, — упросил Паху и Ника пожертвовать своими билетами! А мы, между прочим, целый концерт отпахали ради них! Так что цени, детка!
— Поздравляю! Ты только что полностью подтвердил мою теорию! — ехидно заметила сестра. — Вы стопроцентные бомжи, даже билеты купить не в состоянии!
— А ты — хабалка! — зло заявил Кир и от всей души окатил грозную Рудневу водой.
«Только не это! — мысленно простонала. — Она ведь только успокоилась!» — совершать пятнадцатый подвиг мне отнюдь не хотелось, я и так себя чувствовала героиней дня.
Пока я горевала, Тина решила своими руками расквитаться с врагом, в буквальном смысле этого слова… Молниеносно подскочив с шезлонга, она фурией метнулась в сторону веселого рыжего и с воинственным воплем кинулась на жертву.
Жертва явно убиваться не желала, и вообще, планировала еще долго и счастливо жить, поэтому ловко перехватила изящные запястья сестрицы и уволокла её в «почти» морскую пучину. Но настроенная на расправу Тина, отступать от своих планов не собиралась.