На такое презрительно фыркнула: «Это меня вообще-то приглашали!»
— Ого! — восхитилась чему-то сестрица. — Да, поедем. Не переживай, я её уговорю.
В ответ на такие обещания показала сестренке фигу: «Никуда ехать не буду!»
А Тина снова пригрозила мне кулаком: «Поедешь!»
— Ну ладно, пока. Пашеньке привет от меня, — ласковым колокольчиком прозвенела сестрица, который мгновенно сменился шипением кобры: — Нет, этому имбецилу передавать привет не стоит, — Тина брезгливо скривилась, — и этому помешанному тоже, — скривилась она еще больше. — Лекс, ты что, издеваешься?! Я же сказала передать привет Паше, а не этим придуркам, — окончательно рассвирепела сестренка, развеселив меня.
«Будет знать, как в чужие разговоры вмешиваться!»
— Нет, говорить Паше, что я считаю его друзей придурками, не надо! Лекс, я ведь и передумать могу насчет поездки! — начала угрожать Валька и прибавила решающее: — И Рита без меня никуда не поедет!
«А вот возьму и поеду!» — тут же взбунтовалась я.
— Вот и чудненько, — вновь колокольчиком прозвенела сестрица. — Пока-пока!
— Давай собираться, Ритка! — с сияющей улыбкой и безумным блеском в глазах заявила мне Тина, как только её собеседник (который был моим вообще-то!) сбросил вызов.
— Не пойду! — категорично заявила я.
— Как миленькая, — все с тем же блеском ответила сестрица.
Спустя два часа Тинкиных сборов и её попыток хоть немножко разбавить эту «унылую серость» на моем лице, от которой я избавляться не хотела, мы стояли возле знакомой машины, и Руднева, нисколько не стесняясь ребят, во всеуслышание заявила о своем негодовании:
— Мы, что?! Поедем, — сестра указала в сторону парней, что стояли возле автомобиля, — на этой гробовозке?!
Паша, услышав это, заливысто рассмеялся и хлопнул по плечу Кира, а тот обреченно проскулил:
— Опять эта…
Но договорить про «эту» рыжий не успел, потому как Руднева с нечеловеческой скоростью пронеслась мимо парней, бесцеремонно толкая меня перед собой, прямиком на заднее сидение.
— Пригнись, — шикнула мне сестра и нажатием руки заставила опустить голову ниже. В это время мимо нас очень медленно проезжала темно-синяя машина.
— Дядя Миша, — почему-то шепотом сказала я, провожая взглядом автомобиль.
— Надо валить пока не поздно, — со знанием дела произнесла Тина. — А то вот эти, — сестрица кивнула в сторону ошалевших от нашей наглости парней, — слишком много внимания привлекают, особенно он, — она указала пальцем на музыканта с красными дредами, который сидел на месте водителя. — А папа не любит, когда всякая шваль возле дома тусует, — подытожила свой ряд комплементов Руднева.
— Кого я вижу, это же моя горячая штучка! — тем временем радостно воскликнул красноволосый, которого только что «его штучка» обозвала швалью. — Привет, девчонки, я уже успел соскучиться по вам! — Ник приветливо махнул нам рукой, но мы его дружно проигнорировали, напряженно глядя в сторону дяди Миши, который уже успел остановиться возле дома и сканирующим взглядом смотрел в нашу сторону. Будто учуял свою нерадивую дочь и племянницу.
— Если увидит, то до конца лета будем дома сидеть, — шепнула мне сестра и добила контрольным: — Обе.
Сидеть мне дома не хотелось, потому я, нисколько не стесняясь недоуменных взглядов присутствующих, которым до сих пор было невдомек, что происходит, сползла еще ниже, следуя за Тиной.
— Она исчадие ада, а не штучка, — обреченно протянул Кир, забираясь на переднее сидение и громко хлопая дверью. — Ты только посмотри, какой синяк она вчера мне поставила, — парень показал водителю пострадавшую руку. — Вцепилась и фиг отдерешь!
Сестра в ответ раздраженно закатила глаза и обратилась к Сашке с Пашей, что все еще стояли на улице:
— Чё застыли? Мы едем или нет?! — и, не дожидаясь реакции парней, ловко затащила стоящего ближе к нам черноволосого солиста в салон автомобиля.
— И тебе привет, Тина, — с улыбкой поздоровался Пашка, усаживаясь рядом с Валькой. — Ты такая экспрессивная. Хочешь, я напишу о тебе песню?
— Экспрессивная? Это ты такой синоним к чокнутой подобрал, что ли? — хмыкнул в ответ Кир.
— Закройтесь! — осадила музыкантов Тина. А я затаила дыхание, наблюдая, как её отец движется в нашу сторону.
Сашка, успевший за это время обогнуть машину и сесть рядом со мной, заставив нас хорошенько потесниться, наконец-то задал давно волнующий всех вопрос:
— Рит, а что происходит?
— Дядя Миша, — односложно ответила я, все также полулежа на сидении.