— Чем на жизнь зарабатываешь?
Кир одарил подозрительным взглядом разукрашенную, явно чувствуя, что эта зараза во что-то его впутала, и коротко ответил:
— Бизнес, — признаваться по поводу своей настоящей профессии музыкант не хотел.
— Да? И какой же? — со здравой долей скептицизма поинтересовался Михаил Петрович. В наше время кто только не называл себя бизнесменами.
На сей раз Руднева была удостоена более длительного взгляда.
«Что это еще за допрос от её папаши?» — возмутился про себя парень и ответил то, что по привычке сообщал незнакомым людям, желающим узнать намного больше, чем им полагалось:
— Программное обеспечение вычислительной техники и автоматизированных систем, — без заминки протараторил рыжий, чем немало восхитил Михаила Петровича.
— И много зарабатываешь? — продолжил свой допрос мужчина.
«Может, её папочка, как и его доченька унизить меня желает? Нищебродом выставить?» — мелькнула догадка у музыканта, окончательно его взбесив.
— Хватает! — резко ответил парень и махнул рукой в сторону гаража. — Вот, еще одну машинку себе прикупил!
— Так это твоя? Я думал это Риткиного, — протянул Тинкин отец, подсчитывая в уме. Это же насколько прибыльный бизнес, чтобы в таком возрасте на такой автомобиль заработать? Помимо того в голове отпечатались слова парня «еще одну», это же сколько у этого Кирилла денег?!
— У него Шкода, — презрительно выплюнул парень. Кир не понимал, каким образом его «крошку» успели переписать во владения кабана.
— Ясно, — ответил Михаил Петрович, при этом одобрительно посмотрев на дочь: «Знает, каких себе женихов выбирать, не то, что Рита!»
Тина, завидев взгляд отца, резко побледнела. Что-то явно шло не по плану.
— А из чьих ты будешь? — задал «контрольный» вопрос будущему зятю Михаил Петрович.
— Суворовых, — ответил Кир.
— С тех самых? — с жутким восхищением спросил странный мужик, который уже начинал откровенно пугать Кирилла.
«С психами, говорят, нельзя спорить», — подумал парень и осторожно ответил:
— С тех самых.
— Отлично-отлично, — удовлетворенно протянул Михаил Петрович, перекатываясь с пятки на носок. Это же надо, какая удачливая у него дочь: богатый, молодой, не дурак (судя по профессии), да и еще из дворянского рода!
— Э-э-э. Ну, я пойду, — неловко заметил Кирилл, желая поскорее уйти подальше от малахольного и его доченьки.
— Конечно! У тебя, наверняка, работы много, сынок, — согласился Тинкин отец, указав взглядом на открытый ноутбук.
«Иди-иди, деньжата зарабатывай!» — сыто подумал он про себя.
— Мы, кстати, вас с Тиночкой к себе в гости ждем, а лучше вообще переезжайте к нам, не дело в чужом доме жить!
Тина, услышав это, громко ударила себя по лбу, привлекая всеобщее внимание.
— К слову о гостях, — грозно протянул её отец, — чтобы в дом в таком виде не смела заявляться! Поняла?!
Тина лишь смиренно кивнула, при этом одарив рыжего многообещающим взглядом.
«Это все он виноват!» — сразу же нашла виновника своих бед разноцветная.
Кир, принявший Валькин взгляд за мольбу о помощи, решил ни с того ни с сего прийти ей на выручку.
«Тяжело, наверное, с таким неадекватным папашей», — посочувствовал он Рудневой и как бы невзначай возмутился:
— Почему это? Мне лично нравится.
Михаил Петрович странно посмотрел на Кирилла, на секунду поколебавшись в своих выводах насчет этого парня, и решив, наконец, что тот просто безгранично влюблен в его дочь и готов принять её любой, даже с таким кошмаром на голове, скрепя сердце согласился:
— Ладно, ходи пока так, — обратился он к Тине, — но перед свадьбой, чтобы нормальной была! Еще не хватало при гостях нашу семью позорить!
— Деда! — подлетела к ногам мужчины темноволосая девочка. — Я к бабе хочу!
Михаил Петрович взглянул на часы, отметив, что действительно опаздывает к жене, которую обещал забрать из ресторана и, подхватив внучку на руки, попрощался с будущими молодоженами:
— Что ж, до свидания, дорогие мои. Ждем вас дома, — при этом мужчина алчно посмотрел на Кирилла, тем самым заверяя того, что весь мир сошел с ума.
— Хорошо, папа, — скромно ответила совсем непохожая на себя Руднева, заверяя рыжего этим еще больше.
И финальным аккордом в признании сумасшествия всего и всех в глазах Кира стала напоследок брошенная фраза отцом Рудневой:
— Своих сами будете воспитывать! — указывая на темноволосую девочку, строго заявил поехавший. — Нечего на шею родителям вешать!