— Как добрался?
— На попутных машинах.
— Это ты быстро, а мы ждали завтра.
Между тем, позвонив по внутреннему телефону, вызвал начальника сельхозотдела. В кабинет вошёл мужчина лет сорока, весь седой и с покалеченной ногой. Секретарь кивнул на меня и сказал:
— Принимай кадры, Иван Васильевич. Хотел бухгалтера, вот тебе молодой специалист. Опыта, правда, у него нет, но учился в Ленинграде, там плохому не научат. Я думаю, толк из него будет.
Иван Васильевич коротко выслушал мою характеристику и коротко бросил:
— Беру, а там поработает, увидим, на что он способен.
— Однако, Василий, жилья он не имеет, и его надо куда–то определить на постой.
— Ну это не проблема. Вон наша Марфа–уборщица одна живёт в целом доме, с радостью возьмёт молодого парня, может, по дому что поможет, и бабе будет польза, и парню веселее.
— А ты, как думаешь? — обратился он на этот раз ко мне.
— Меня любой вариант устроит, лишь бы была крыша над головой.
— Это хорошо, что ты неприхотлив к условиям жизни, но поскольку твоя будущая хозяйка уже ушла домой, я сейчас напишу записку, и моя секретарша Зина отведёт тебя к ней. Пару слов о внутреннем распорядке. Рабочий день начинается в восемь часов утра и кончается в шесть часов вечера, с перерывом на обед с тринадцати до четырнадцати часов. Выходной день — воскресенье. Вопросы есть? — Сам же и ответил: «Вопросов нет». — С завтрашнего дня приступай к своим обязанностям. Иван Василич ознакомит тебя с бумагами, и мы надеемся, что ты наведёшь с ними порядок, а то уже больше месяца бухгалтерским учётом никто не занимается, и сейчас там чёрт ногу сломает. А теперь иди отдыхай и на работу не опаздывай.
Зина, миловидная женщина лет тридцати, прекратила стучать по машинке, встала и, недовольно бурча, вышла из кабинета. Я попрощался с будущими коллегами и пошёл следом за секретаршей. Дом уборщицы был в полукилометре от здания райкома, и всю дорогу, пока мы шли, моя проводница не проронила ни слова. Перед входом в избу бабы Марфы она сказала:
— Ты подожди тут, а я с ней поговорю сама.
Входная дверь оказалась открытой, но в доме никого не было. Я стоял возле крыльца, а Зина стала звать хозяйку. Наконец, откуда–то из глубины сарая послышался женский голос: «Кто там?». Мы подождали немного, и оттуда вышла ещё не старая, очень энергичная и привлекательная женщина и уж никакая не бабушка. Она посмотрела на секретаршу, потом перевела взгляд на незнакомого парня и что–то хотела сказать, но Зина её опередила: «Марфа Ильинична, вот привела вам на постой молодого, симпатичного парня. Он будет работать у нас главным бухгалтером». Главным она меня, видно, сделала для пущей важности, чтобы та задавала меньше вопросов и не отказала парню в приюте. Прочитав записку, хозяйка окинула меня ещё раз оценивающим взглядом и с удивлением сказала:
— Уж больно молодой он, чтобы быть главным бухгалтером.
— Дык, он у нас один, стало быть, что ни на есть, самый главный. Впрочем, я пошла, а вы сами во всём разберётесь.
Зина хлопнула калиткой и быстрым шагом пошла в контору, видно, кончать незавершённую срочную работу.
— Ну что ж, голубчик, коль собрался у меня жить, познакомлю тебя со своим уставом. Если он тебе подойдёт, то уживёмся, если нет, то будешь искать другую квартиру.
— Марфа Ильинична, для начала давайте познакомимся: меня зовут Василием, а теперь слушаю вас.
— Так вот, женщина я одинокая. В доме без мужских рук тяжело, всё ломается, рушится, а починить некому. Если у тебя руки на месте, а голова на плечах, не дружишь с ленью и не чураешься грязной работы, то мы поладим. Дело идёт к зиме, а у меня крыша течёт, дров на зиму ещё не заготовила, забор повалился, да мало ли что ещё. Поможешь, жить будешь, нет, значит пришёлся не ко двору.
Меня несколько обескуражили её прямота и напористость и нисколько не пугали её проблемы. Для деревенского парня это всё привычно и знакомо, и без категорического заявления я бы помог устранить её домашние неполадки.
— Ваш устав мне подходит, поэтому я остаюсь и немедленно готов помочь вам ссыпать картошку в погреб. Заходя во двор, я увидел ворох картошки, прикрытый от солнца соломой, но не ссыпанный в сусек. Сейчас переоденусь и начнём.