— Уговорили, тоже играю, — попыталась переложить ответственность на нас его сестра.
— Конечно, играю, — заключил Андрей, отсалютовав мне полувыпитой бутылкой пива.
— Ну что ж, — подвёл я итог, — значит, теперь мы команда!
Радостных воплей не последовало. Но вот честное слово, в глазах у всех было такое… Держись, Зухов! Держись, Кощей Бессмертный! Держись, небоскрёб! Мы уже здесь!
— Кстати, коллеги! — я снова привлёк внимание нашего собрания. — А не отметить ли нам это дело? В Зухове есть вполне приличные места, где это можно сделать!
Вот на такое предложение народ и отозвался радостными междометиями. Ну да, разум разумом, а пережитые эмоции разрядки требовали…
Глава 17. Внешняя и внутренняя политика
Торжества всё-таки решили слегка отложить — мало того, что надо было привести себ в порядок после пожарных приключений, так ещё и стоило дать Михайловым возможность сходить в музей и поискать там своих предков. Так, исключительно чтобы прониклись сильнее. А у меня ещё было острое желание поговорить по душам с Авдеевым. Но человек, как известно, предполагает, а администрация делает с этими его предположениями что хочет.
Я позвонил Авдееву, попытавшись договориться о встрече, но Григорий Петрович, рассыпавшись в извинениях, чуть не со слезой в голосе пожаловался на непомерную занятость важными служебными делами и переадресовал меня к Наташке. Он, правда, сразу же уточнил, что Наталья Матвеевна не в курсе всех вопросов, но на какие-то ответить сможет, а заодно выразил уверенность в том, что о многом я и сам уже догадался. Вот же гад!
Пока я соображал, позвонить ли Наташке прямо сейчас или всё-таки немного погодя, она звякнула сама и пригласила зайти к ней. Одного, без Маринки. Услышав такое и поначалу нахмурившись, моя боевая подруга напряжённо подумала аж секунд пятнадцать и вдруг широко улыбнулась.
— Иди, Паш, конечно, раз зовёт, — выдала она.
— Не боишься? — подначил я.
— Ни капельки, — Маринка ухитрилась улыбнуться ещё шире, хотя куда уж, казалось бы. — Не думаю, что она будет тебя соблазнять на рабочем месте в рабочее время. Но на вечерок пригласить Наташеньку к нам не забудь!
Вот люблю умных женщин! Да, кое-какие специфические проблемки с ними бывают, зато от большинства других сложностей отношения с такими подругами избавляют начисто. О, кстати, об умных женщинах…
— Марин, а ты Фрицу по-немецки, что ли, втолковывала?
— А ты только догадался? — ехидненько спросила она. — Сам же меня необычной блондинкой назвал, вот и не удивляйся. Да, по-немецки я тоже умею.
Мне оставалось лишь закатить глаза и развести руками…
— Здравствуйте, Павел Сергеевич, — Наташка не дала мне проявить воспитанность и поприветствовать её первым, зато сразу показала, что разговаривать сейчас надо в официальном ключе. Слушают, что ли?! — Примите наши извинения за произошедшее недоразумение.
— Спасибо, — я наклонил голову. — Думаю, ничего страшного. В прошлый раз и без извинений обошлось.
Зыркнув на меня так, будто я произнёс вслух слово «жопа» в младшей группе детского сада, Наташка столь же подчёркнуто-официальным тоном продолжила:
— Хельмут Францевич приглашает вас на беседу. Пойдёмте, я провожу.
Уж ты, как оно поворачивается! Что ж, раз приглашает, почему бы и не сходить? Уловив момент, когда Наташа начала подниматься с кресла, я встал и сам, показывая полную готовность следовать за ней.
Пройдя по коридору и выбравшись в лифтовый холл, мы задерживаться там не стали, Наташка вышла на лестницу, я, понятно, с ней.
— Слушали только сегодня после теста, — тихо шепнула она, пока мы поднимались по ступенькам. Ага, вот, значит, как это у них называется, тест. Что ж, буду знать.
— А после столовой?
Наташка отрицательно мотнула головой. Я уже собрался спросить, почему, но она снова меня опередила.
— Вечером расскажу. И не говори директору, что ты знаешь о прослушке, хорошо?
Хм… С чего бы это она? Не хочет, чтобы я огорчал прадедушку или боится, что в таком случае он сразу же поймёт, откуда я о прослушке узнал? Да и без разницы, в любом случае мне и самому нет резона ругаться с Кащеем по этому поводу. Другой найду, если понадобится.
— Не скажу, — столь же тихо ответил я. — И спасибо, что предупредила.
Впрочем, одной лишь устной благодарностью я не ограничился — притянул Наташку к себе и поцеловал в шею. Нет, изображать вампира я не хотел, но макияж-то ей зачем портить?..
…Кабинет директора Управления Специального Домовладения города Зухова Хельмута Францевича Вайсса располагался на четвёртом этаже. Всё как положено — обитая пусть и не кожей, но очень хорошим кожзаменителем дверь с надраенной латунной табличкой, обшитые деревянными панелями стены, массивная мебель, строго одетая секретарша нордической внешности в приёмной, орлов со свастиками только не хватало для полноты картины. Однако же, зайдя в сам кабинет, я решил, что такой декор был бы лишним — уж с портретом президента и бело-сине-красным флагом он бы точно не сочетался.