Наконец заполыхали костры, создавая вокруг лагеря огненную преграду. Солры ели жареное мясо и слушали шорохи ночи. Местами ухали совы, иногда визжали чертята. Были и еще другие, странные, звуки: хлюпанье, шелесты — это пугало не привыкших к болотам людей и вампиров.
Продвигаясь на юг, люди заметили, что стало теплее. Йева, уже не дрожавшая, спокойно сидела на льнянике под одной теплой накидкой и завороженно смотрела на огонь. Рядом с ней сидел Леонардо в обнимку с Эметтой и что-то той рассказывал, активно жестикулируя так, словно натягивал лук. Да, похоже речь шла об охоте. Потом Леонардо достал любимую флейту и наиграл коротенькую мелодию Эметте. Та, натянуто улыбнувшись, кивнула и похвалила сына графа.
Уильям дочитывал последние главы книги про врачевание. Почесывая щетину, Филипп тоже читал у огня. Время от времени он вслушивался в ночь, хмурился и прикрывал глаза. Но затем, успокоившись, продолжал чтение.
Чуть дальше от лагеря, над поверхностью затянутых ряской болот, летали светлячки. Их было немного, но свет от их тел был таким ярким, что Уильям невольно присмотрелся к ним.
— Что за диво, — промолвил он, завороженный зрелищем. — Я думал, что это светлячки, как наши мацурки в лесах… Хотя для них уже холодно. Но… это просто огонь, а не светлячки!
— Да, — сказал Филипп. — Я сам не знаю, что это, но оно может появиться здесь в любое время года. И это не просто огонь, Уильям. Присмотрись, и ты заметишь крылья, обрамляющие эту точку света. Кстати, через пару дней, после того как покинем болота, я смогу снова позаниматься с тобой.
— Я так и понял, господин, — кивнул Уильям в знак признательности. — Сейчас опасно отходить от лагеря.
— Все верно… — ответил граф, и добавил уже совсем тихо: — Даже для нас опасно.
Кони спали на жухлой траве, завалившись на бок. Порой они резко просыпались, поднимали шеи и вслушивались, нервно водя ушами. Но потом снова погружались в беспокойный сон. Тарантон лежал около Уильяма, в паре шагов от хозяина, рядом с Серебрушкой. Солры, наевшись, тоже укладывались спать, но пара воинов осталась стоять по краям лагеря с мечами наперевес.
Неожиданно над болотами раздался тихий стон, окутал топи вуалью тоски. Вздрогнув, люди повскакивали с лежанок и вытянули шеи, вгляделись во мрак. Стон повторился. Филипп поднялся с земли, повернулся в сторону источника звука. Вышедшая из-за облаков луна осветила своим мертвенно бледным светом юную девушку. Та, высунувшись по пояс из воды в васо ста от путников, держалась за камень и скорбно стонала.
— Пожалуйста, помогите, — тоненьким, жалобным голосом плакалась нагая женщина, подняв свою милую черную головку.
— Есть здесь слабоумные герои, которые пойдут спасать девушку? — весело и громко произнес граф, обращаясь к солрам.
— Никак нет, господин, — произнес чуть побледневший, как и другие воины, сэр Рэй. — Нам своих женщин хватает… Это же болотница?
— Да, она самая. Прячет в воде свои искаженные конечности.
— Храни нас Ямес от таких вот тварей, — промолвил рыцарь, вглядываясь в красивые женские прелести демоницы, и начертил на лбу знак Ямеса. — Что ж они тут жрут?
— Мелкую живность, людей… Иногда друг друга, — развел руками Филипп, устраиваясь на лежанке. Затем громко обратился к отряду: — Ложитесь-ка спать! Эта особа может стонать всю ночь.
Впрочем болотница, которая смотрела на лагерь грустными и томными глазами, стонала недолго. Уильям, все это время наблюдавший за монстром, увидел, как заволновалась вода за ее спиной. Всплеск. Болотница обернулась и истошно завизжала, разбудила уже успевших забыться сном конников. Длинные конечности Ехидны оплели белое тело женщины и утянули в воду. Болото, побурлив, успокоилось.
— Так, а это уже нехорошо, — тихо сказал граф. — Подкиньте дерева в огонь!
Дозорные испуганно исполнили приказ, и огонь костров, расположенных по периметру лагеря, весело загудел, пожирая дерево.
— Опять Ехидна? — с ужасом прошептал сэр Рэй, вскочив с лежанки.
— Да, — ответил коротко Филипп.
Остаток ночи прошел спокойно, хотя некоторые так и не смогли выспаться из-за страха перед болотными тварями, а лишь изредка проваливались в дремоту. Весь следующий день люди ехали, засыпая в седле.
— Ну что ж, хорошая новость, — произнес граф, ехавший вровень с дочерью и Уильямом. — Большая часть пути преодолена. Осталось каких-то шесть или семь дней, и мы прибудем в Йефасу.
— Нам еще долго по болотам ехать, господин? — спросил настороженно Уильям.